— На пять минут опоздаю, ничего страшного… — Еще один взгляд на часы и на здание передо мной.

Не сказать чтобы я прямо рванул внутрь — для этого надо бы ориентироваться в здании, в которое попал впервые в жизни. В телефоне была только схема, по которой вход в подвал располагался с тупиковой лестницы первого этажа в правом крыле здания. А вот огонек пеленга был слева, царапая интуицию. Понятно, что бешеной лисе сто верст не крюк, и добраться ей туда ничего не стоит. Но лазить по подвалам девушке — непременно испачкать платье и прическу. А ужасный внешний вид ну никак не сочетается с женской местью. Вон когда Ленка меня в последний раз бросала, на одних визажистов с парикмахерами, по оперативной информации, угрохала среднегодовой доход обычной семьи. В общем, если совесть Ники и подсказывает грядущее покаяние за ее выкрутасы, то поверьте — в ее воображении, даже лежа шеей на колодке палача, у нее приталенное платье и идеальная укладка волос. Короче, у меня две сестры, я примерно разбираюсь…

Поэтому свернул влево и почти добежал до конца коридора, когда краем глаза отметил некое несоответствие возле крашенной в серое двери с надписью «огнеопасно!» под желтым треугольником с восклицательным знаком внутри. На вход в подвал не похоже, но косяк двери явно вдавлен внутрь, а сама дверь слегка приоткрыта…

А вот за осторожно приоткрытой створкой оказался уже вполне себе привычный спуск вниз, из рифленых металлических ступеней вдоль коридора с бело-зелеными стенами.

Над головой по низкому потолку уходили вниз трубы, замотанные в серую от пыли изоляцию. Где-то там, ниже, монотонно гудели механизмы. А я тихонько крался вниз, подняв букет в замахе.

Спуск венчала еще одна дверь, тоже немного приоткрытая. И характерный запах природного газа, сочившегося в проем, оцарапал обоняние, перебивая уже привычные запахи сырости и пыли.

— Совсем рехнулась?! — бросился я вперед, резко влетел вовнутрь и вопросом пригвоздил отшатнувшуюся и попятившуюся Нику.

Девушка стояла в длинном подвальном помещении, большую часть которого занимали протянувшиеся вдоль правой стены желтые трубы, украшенные белыми манометрами и массивными черными вентилями. С низкого потолка светили три закрытые толстым стеклом круглые лампы, освещая серый бетон пола и замершую фигурку девушки на нем.

«Поздно!» Мелькнувший в глазах Ники страх пропал, сменившись злым торжеством, а из пальцев картинно проявился лепесток огня.

Но еще раньше я оторвал верхнюю пуговицу от пиджака, наполнил ее Силой и метнул вперед. Артефакт, замаскированный под обыденную вещицу (потому что перстни мне нельзя), звонко упал на бетон пола, немного прокатился по нему и замер возле дальней стены. А пожар — его не было. Хотя запах газа все еще чувствовался, а колдовской огонь по-прежнему горел в руке Ники.