— Вот оно как! Удивил ты меня Рашид, выходит, что Ингвар не больше чем шахматный король!

— Что я слышу! — встрепенулся Рашид и попытался было вскочить на ноги. — Варяг говорит мне о шахматах!

— Ну, я имел в виду, что в этой игре король фигура важная, но малосильная, за него бьется свита, слоны, пешки, ферзь…

— Это приятная ошибка, — пробубнил Рашид, и чуть успокоившись снова сел на поперечную скамью.

— Я не очень понимаю.

— В Этиль часто приходят северные суда. Драконьи корабли, очень красивые, очень надежные, большие. Я знаю многих варягов, норманнов, вендалов, но ты не один из них.

— Да я вообще с луны свалился! — буркнул я, сбрасывая капюшон чтобы осмотреться по берегам.

— Вот это больше похоже на правду. Внешне ты конечно похож на варяга, скрывать не стану, и говор мне твой не знаком, но скрыто что-то большее.

— Я не хочу тебе лгать, Рашид, ты проницательный человек, но и правду сказать не могу, ты ведь все равно примешь ее за ложь и не поверишь ни единому слову.

— Как сказал один древний мудрец: «Тайна — что пленница, пока на языке печать, она твоя рабыня, как только раскрыл рот, ты ее раб». — Не становись рабом своих тайн.

— Прежде я слышал, что Этиль это река, не знал, что еще есть такой город.

— И река и крепость. Знатная крепость, скажу я тебе, построена так же надежно как стены великого Отрара. Сам город мы называем Хамлых, что в переводе означает ханский город. Он разделен рекой на дворцовую часть и купеческую.

— А Отрар что за город? Я о таком даже не слышал.

— Сам я там был только в детстве, но слышал от верных людей, что десять лет назад город разрушили. В городе было совершено преступление, казнили ханских послов. Это очень большое оскорбление. Тогда войска Джиу-Чи встали у стен города, осаждая его весьма умело. Тем не менее битва длилась несколько месяцев, и крепкие стены должны были выдержать и дольше, но нашелся в городе трусливый человек, который открыл ворота города и Джиу-Чи вошел в крепость безжалостно убивая всех, и детей, и стариков. Говорят, что потом сам хан казнил предателя открывшего ворота его армии. С тех пор о городе мало известно, караваны обходят те места стороной.

— Да уж, поучительная история. А что же твой, этот как его Хамлых, он тоже сможет удержать осаду?

— Я бы не стал это проверять. В городе живет столько народу, все разных вер, и от разных народов, живут не бедно, так что случись кому-то достаточно сильному напасть на город, то жители скорей откупятся. Да и Казарский хан слишком труслив, чтобы полезть в драку с великой степью.

Кормчий, неразговорчивый старикашка, правил лодку очень неспешно, лишь изредка подгребал единственным веслом, закрепленным на корме. Легкое судно неспешно влекло течением и от этого клонило в сон. Я не заметил, как задремал. Словно младенец в колыбели пригретый теплыми лучами восходящего солнца. Проснулся от небольшой качки и довольно громкой беседы.