Не прошло и минуты как за стеной послышались громкие возгласы и топот ног. В юрту ворвался богато одетый молодой воин, явно из приближенных к верхушке орды, с разгневанным лицом, следом за ним семенил, путаясь в лохмотьях длинной одежды сутулый шаман. Цель визита молодого парня была ясна, а вот на кой черт приперся шаман, мы поняли не сразу.

Олай спокойно протянул ключ посланнику, хотя тот еще ни слова не сказал. А неугомонный старик, что вертелся у гонца под ногами, создавал непонятную суету и орал, что-то непотребное хрипя и брызжа слюной.

Но молодой воин и слушать не хотел сутулого старика. В ответ на отданный ему ключ посланник, было, замахнулся на черемиса, да замешкался, встретив его прищуренный взгляд, так что на большее его и не хватило. Да, признаться, я сам не любил смотреть в глаза старому охотнику, особенно когда тот был так сосредоточен и взведен, словно стальная пружина. От злости, гонец грубо отпихнул ряженного старика и выскочил из юрты. Тот, посылая проклятья в спину удалявшегося юнца, упрямо поковылял за ним.

Вопли шамана не утихали, но удалялись прочь от гостевой юрты. Охрана не сильно беспокоилась насчет того, что мы выкинем какое-то коленце, и потому вела себя расслабленно, лениво обсуждая произошедшее.

— Вот теперь — время пошло! — вскочив на ноги, сказал я и, выхватив меч из ножен, дал знак Науму.

— Зашибу! Убью! Кости переломаю! — вдруг завопил облегченно Наум, и бросился на брата, повалив его на ковер.

— Бей его! Сильней дави! — выкрикнул Олай и нарочно сильно стукнул рукой в хлипкую стенку жилища.

Чен вынул из рукава ножи и притаился у двери, Олай перепрыгнул через, мутузивших друг друга, братьев и занял позицию напротив. Я в этот момент уже отследил, где находится ближайший ко мне стражник и прицелился ударить клинком прямо сквозь войлочную стену.

Створки дверей распахнулись и в юрту ввалилось трое охранников. Они даже не достали оружие, у них и мысли не могло возникнуть, что в их же собственном стане на них так коварно нападут, ведь кругом столько своих…

Чен ударил клинком под ребра первому, оставляя нож не вынутым, оттолкнул подранка от себя как можно дальше. Второй сам наскочил на подставленный второй нож и подломив колени, рухнул в ноги китайцу, тот стянул шлем с его головы и что есть сил, саданул ребром ладони сверху вниз, как раз в то место где шея соединялась с затылком. Правильно выполненный, этот удар мгновенно ломал первый позвонок, на котором собственно и держался весь череп. Человек даже вдохнуть не успевает, просто умирает. Могу себе представить, что за бойню устроит китаец, если его действительно разозлить. Третий охранник, запнувшись о бездыханное тело напарника, раскорячился в нелепом полете, пока его не остановил черемис, вогнав ему острый кинжал под нижнюю челюсть. Я, как и задумал, просто проткнул мечом стоящего за стеной четвертого стражника. Братья мгновенно стихли и расцепились. Откатившись в разные стороны, они ухватились за деревянные решетки стен юрты и разом уставились на меня, ожидая команды.