— Это еще зачем?

— Иначе ты не удержишься. Начнешь сам все делать. И тогда я не удержусь… А все должно пойти по плану.

— И в чем же план?

— Ты получишь мою энергию, но по моим правилам. — усмехнулась она. — Не волнуйтесь, товарищ чекист. Больно не будет.

— Да хоть бы и было. — лукаво ответил я. — Снимай платье.

— Нет. Не сегодня. — заявила Клара, подходя ко мне ближе. — Не все сразу.

Веревка держала крепко. Видимо, свою магию она в нее влила. Интересно, а нафига собственно ей в комнате эта веревка…

— Ладно. Приспусти. Грудь открой.

Клара хотела было запротестовать, но я перебил ее, твердо заявив.

— Если не пойдешь на компромиссы в этом вопросе, то про изучение — забудь.

Она вздохнула.

— Неужели страшная чернокнижница стесняется? — усмехнулся я. — Красить ногти в черный и делать тату пентаграмм можно, а оголяться перед демонами нет? Для ведьм разве это не так же естественно, как полеты на метле? Подводишь репутацию профессии, Клара.

Она еще раз вздохнула, явно находясь в смятении и выдала.

— Ладно! Черт с тобой, Олежа… Знала с кем связываюсь…

Девушка начала спускать платье, остановился в нерешительности, прикусила губу и одним рывком освободила бюст, так что он мягко колыхнулся.

— Большие. — произнес я. — И грудь, и соски. Это наследственно? У мамы такие же?

Клара смутилась больше, но проглотила мои подколки. Вот бы она еще что-нибудь проглотила…

— Ну доволен?

— Руки за голову заведи и чуть потряси.

— Еще запросы?

— А можешь свою грудь лизнуть? С таким размером если ее поднимешь, а голову наклонишь…

— Могу, конечно.

— Демонстрируй!

— Обойдешься. Сам лижи.

— Да с удовольствием… — наклонившись вперед произнес я. — Ближе, солнце мое. Ближе…

Она подошла. Зеленый и желтый глаза смотрели на меня сверху. Я потянулся, слегка касаясь ореола соска языком. Дразня и завлекая.

— Можешь сильнее. Мне не больно. — сказала она.

— Не больно, а как?

— Приятно. — призналась она, чуть опустив ресницы.

— Ну, раз приятно, и в самом деле можно сильнее. — усмехнулся я. — Дарить удовольствие — суть моей демонической части.

— Ну вот и дари, а не болтай.

Я прошелся по её груди поцелуями, чуть пощипывая кончики торчащих сосков. Девушка склонилась надо мной, левую ладошку положив на мой давно налившийся кровью орган, а другую запустив себе под платье. Я видел, как скользнули вниз по загорелым ножкам темно-красные кружевные трусики. Удивительно. Неужели благородные девицы позволяли себе носить нечто настолько фривольное? Трусики-то были какие совсем крошечные и во многих интересных местах полупрозрачные. Спекулянтка продемонстрировала товар. Я был заинтригован. Не отказался бы в таком увидеть Александру Арсгофен и такое с нее снять.