— Да-да. Повозмущайся мне тут. Или забастовку устрой. Сейчас модно.
— Я не из таких и всегда верна своей госпоже.
— Ты мне верна или вот этому?
Тонкая синяя вспышка линией расчертила ладонь Элен. Из разреза выступили темно-красные капли. Кэт смотрела на них, как жаждущий в пустыне на воду. Не одного меня мучил особый голод.
— Можно мне хотя бы одну каплю? — умоляющим тоном произнесла Кэт. — Всего одну после долгой разлуки.
— Кровь обычного человека и мага действуют на вампиров по-разному? — догадался я.
— Конечно. Все вампиры неизлечимые наркоманы. И если кровь обычного мужика для них опиум не самого лучшего качества, то по моему телу струится чистый медицинский морфий. И чтобы ощутить такое блаженство эти создания готовы на что угодно. Правда?
— Да. — без всякого стеснения ответила Кэт. — Но только для вас одной. Пожалуйста…
— Ну-ну. Это ты еще должна заслужить.
Глава 25
— Есть ли у вампиров души? — меланхолично произнесла Элен, пока Кэт буквально пожирала глазами капли крови волшебницы. — Что остается у них внутри после обращения? Бесконечная жажда, вечно борющаяся со страхом. Найдется ли там хоть один уголок для иных чувств?
Она хотела уколоть Кэт, но попала и в меня. Голод… Когда он накрывает с головой, то остается ли во мне хоть уголок для чего-то еще?
— Я же люблю вас, добрая госпожа. — унижено взмолилась девушка.
— Меня или мою кровь? — усмехнулась волшебница.
— Вас целиком! — с виноватой улыбкой уверила Кэт.
Ее клыки заметно удлинились.
— Кровь, плоть, ваш голос, улыбку и…
Я ощутил к вампирше толику сочувствия. Моя человеческая сторона ещё была способна на такое. Я мог понять тот дурманящий, сводящий с ума голод, что сейчас заставлял ее во всем подчиняться Элен. Не любовь, но особое страстное вожделение, необоримое желание обладать.
— Я люблю Вас, боготворю…
— Боготворю? — усмехнулась чародейка кривя губки. — Это уже пошло, Кэт. Старайся лучше или останешься без десерта.
Теперь я отчетливо ощущал и эмоции вампира. Она теперь не могла скрывать их, подстраиваясь под окружающих. Жажда крови все больше вытесняла остальную личность. Глаза девушки изменились. Радужка покраснела. Ранее плавные, игривые движения юного тела сменила мелкая дрожь. Кэт всей своей сутью мечтала броситься на покровительницу, впиться ей в шею, а может быть даже растерзать.
Элен же откровенно и бесстыдно наслаждалась этой слабостью создания ночи. Наблюдала как в Кэт жажда борется с остатками разума и страхом перед могуществом чародейки.
— Кинется ведь. — предупредил я.
— Нет, она хорошая девочка. — потешаясь, ответила Элен. — Правда ведь, Кэти?