— Знаешь что, — почти по-отечески вздохнул командир, — пошли машину замаскируем. Чуется мне, до утра нам тут куковать это точно. А там посмотрим.
Сели немного в другом месте. Пошли подбирать уже наломанные ветки. Пришлось повозиться, собирая всё в кучу и тащить к машине — взлетая, вертолет основательно разбросал пальмовый «лапник». Стали «украшать». Работали быстро, постоянно останавливаясь, прислушиваясь к небу, не без удовольствия оглядываясь на то затухающее, то разгорающееся пятно на горизонте.
Летёхе лет двадцать семь, с точки зрения Харебова — совсем ещё пацан, энтузиазма не занимать. Пока маскировали, планов, как дальше быть, выдал гору. Начиная от «разжиться керосину у туземцев» до совсем фантастического: брошенного на воде американского «си кинга» с повреждённой винтомоторной группой, а они типа втихую слили горючку ведерками и героями — чуть ли не до самого Владика. Не без хохмы, конечно.
— Может, сто́ило всё же рискнуть? — очередной раз, прислушавшись к вроде как тишине вокруг, не сдавался лейтенант. — Какие у нас ещё будут варианты?
— Вертолёт жалко, но с ним спалимся на раз. То есть, если мы до обитаемых островов долетим… или не долетим — машину топить. Сами на «надувашке» дочапаем до берега. Но при любых раскладах нас сдадут американцам. А в плен, сам понимаешь, попадать нельзя. Вытрясут из нас все секреты. И тогда всё прахом. И пусть секретов мы немного знаем, но общие тенденции пиндосам о многом скажут. Другое дело, могу тебя заверить, что у американцев в бытовом плане нам наверняка жить будет гораздо комфортней. Предполагаю, что в Союзе нас ждут не самые сытые и спокойные времена.
— Так чё, — опешил лей, — плюнем на всех и рванём к хорошей жизни?
— Трудно мечтать о хорошей жизни, когда хочется домой. Но и жить хочется, чтобы не мучительно больно. Хотя бы с пивом, — улыбнулся в темноте Харебов, — разумеется, ни к каким амерам мы не рванём. Мне генетическая память не позволит.
Он отошёл от вертолёта на несколько метров, оценив с разных углов проделанную работу.
— Всё, хорош пока. Но утром обязательно пересмотреть. А то знаешь… Ночью спрячешь — не видно. А солнце выползет и блеснёт предательски в лучах блистер. До рассвета ещё несколько часов — перекемарим. Давай время поделим — кто будет дежурить в первую, кто…
— Если я под утро?
— Гуд. Что у нас с арсеналом, помимо личного?
— Да зарядили нас изрядно. Два «калаша» и целый РПГ!
— Ого! Откуда? Впрочем… ладно.
* * *
Лейтенант разбудил его ещё засветло, потрепав за плечо, дыхнув рыбно-консервным запахом:
— Как просил, пять по местному.