— Ага, — вскочил, потягиваясь. — А ты время даром не терял — сточил всё НЗ, поди?
— Не-ет, — лейтенант даже обиделся, — скучно было и в сон клонило. Вот и схомячил банку.
— В сон, — передразнил майор. — Запомни, сынок! После еды в сон клонит ещё больше — желудок отбирает кровь у мозга!
Экипаж был закреплён за конкретным вертолётом, или вертолёт за экипажем, но у них в заначке всегда что-то было из бытового — у Харебова вплоть до мыльных принадлежностей. Поэтому, приказав штурману послушать радио, сам успел даже побриться.
— Что в эфире?
— Непонятно. Что делать-то будем? Приказывай, командир.
— Ладно, — посуровел лицом майор, — значит, так. Сейчас всё, что у нас с российской символикой, удаляем. Типа мы совершенно краснофлотские и к «Петру» никакого отношения. У нас краски никакой нет? Надо вот этот Андреевский закрасить.
— Может, поскоблить чем, а потом керосинчиком?..
— Вот и попробуй. А я кабине пошустрю.
Пока раскачались, уже начало светать и весьма темпераментно — блымс и солнце выпрыгнуло из-за горизонтного марева.
Харебов только примеривался, с чего начать, как услышал зазывное лейтенантское:
— Плывёт, плывёт!
— Ну, что там кроме дерьма может плыть? — Хотя снисходительно у майора не получилось, потому что из вертолёта всё же вылетел пулей. Отобрал бинокль, стал рядом.
— Где?
— Левее.
— Ага. А посудина-то не военная.
— Я её узнал. Яхта под амерским флагом. Частник, — пояснил штурман, — когда мы проходили западнее архипелага Бисмарка, её обогнали на левом траверсе.
— На палубе пусто вроде, но оно и понятно, с утра-то, — пока вяло констатировал майор, — площадочка там вертолётная на корме…
В головах и в воздухе завитал, напрашиваясь, нетривиальный ход. Летёха тот еще живчик, даже стал нетерпеливо переминаться, как при сдерживаемой малой нужде, и, не дождавшись, когда, наконец, командир разродится мыслью, предложил:
— Командир, надо решаться сейчас…
— Что? — Пока ещё не выпускал наружу явное Харебов. — Что ты имеешь в виду?
— То же, что и ты, — с плотоядным азартом улыбнулся штурман, — оседлаем эту «гражданочку» и на ней практически до самой Камрани, а?
— Подумать и продумать надо. Диапазон прослушать — вдруг вояки амерские поблизости. Далеко она не уйдёт — на «вертушке» мы её в два счёта нагоним.
— Они пока сонные. На мостике наверняка вперёд по курсу только пялятся. А мы со стороны кормы, неожиданно — раз! И уже на четыре точки! Только решать надо быстрее! На таких яхтах имеют место быть бля… э-э-э… ляди… э-э-э… леди, короче. Пока они спят, но солнышко припечет, и выползут на палубу в купальниках. Тогда неожиданно на голову не свалимся. Вдруг успеют «sоs» кинуть или ещё чего!