— Тогда на «одиночный» поставь, — уступил командир, — и аккуратней там. Всё! Приготовься! Садиться буду быстро, возможно слегка жестковато. Оружие не оброни.
Догнать посудину, естественно, оказалось проще простого. Шли исключительно над самой водой, почти оседлав кильватерную полосу — финишную прямую.
Походило на прыжок с неба на палубу — быстро, почти не зависая над площадкой… касание — лей выскакивает!
Зажигание на «стоп»… «калаш» в лапу… не десантник, но покидал машину сотни раз. Короче, процедура привычна и экономна в движениях! Невольно на инстинкте пригибаясь под ротирующими лопастями…
Впереди — приоткрытая дверь в торце полубака… трапик — наверх… коридор — метры прямо… налево — дверь… ага — мостик со всеми штурвально-компасными атрибутами… и — картина «приплыли»: летёха с «калашом», застывший мужик в белом капитанском, с побелевшим лицом, такой — в возрасте. Аж неудобно стало за свой «гоп-стоп».
В общем, до неверия всё прошло удачно! Но!!! Но так ещё бы, если из экипажа яхты — один пенсионер да две бабы! Которые, кстати, дрыхли внизу в прекрасно шумоизолированных каютах… что тарахтелку «камова» и не слышали.
Харебов понимал, что действовать надо жёстко, особенно на первых пора́х. «Старого» обыскали, связали, экспресс-допросили (верить не верить, действительно ли мужиков так мало на борту?) и заперли в мужском гальюне.
Сразу надо было сделать немало: проверить помещения на наличие людей, оружия, принайтовить вертолёт и зачехлить от постороннего (военно-американского) взгляда.
Глянули показания эхолота… вроде никаких рифов поблизости не намечалось, но всё равно — яхту на дрейф.
Буйно-крутой летёха уже замахнулся прикладом на невинную хрупкую приемо-передающую аппаратуру, но Харебов остановил — электронику аккуратно (без варварства) привели во временную и легко исправимую негодность. Что оказалось правильным решением, как выяснилось потом.
И погнали — прошлись по помещениям, осторожно осмотрели, заглядывая в каюты, спустившись в МО, кладовые и прочие подпалубные отсеки.
Старик-кэп не соврал, кроме него и баб на яхте никого не оказалось.
— Чисто! — доложил возбуждённо сопящий лейтенант и блудливо замозолил глазами с дурной улыбкой. — Там действительно из одной каюты голоса девок! Ничего так, приятные… интересно — симпатичные? Ломиться не стал, пусть воркуют пока… Двери у них тут наружу открываются, так я подпёр хренью какой-то.
— Удивительно разумно. Как ты ещё на них не кинулся, высунув язык и растаращив дрочило, — сказал, как харкнул майор. — Пошли. Я тут подумал, что ангара у них нет, стало быть, на вертолёт что-то от непогоды напяливают. Нашёл в кладовой тент.