Терентьев стоял рядом, с сомнением разглядывая штурманские труды.
— Не налетим там на какую-нибудь неучтённую скалу или атолл, а, Виктор Алексеевич. Идти-то будем полным ходом.
— Атолл там есть, но уже за рифом. Онтонг-Джава называется, — не смог не козырнуть знаниями кап-три, — мы, как я уж сказал, пройдём между вот этой точкой (риф) и островом Санта-Исабель. Впадина там приличная… вдоль всех Соломоновых островов. Как и желоб вдоль всего архипелага Бисмарка. Так и просвистим, как пожелаешь, на «полном ходу», в прилежащей к терводам Гвинеи зоне, той, которая Папуа. Положительные стороны очевидны?
— Да, — согласился командир, — как и отрицательные.
Терентьева не оставляло опасение торпедной атаки и едва ли не мерещились подлодки противника. Поэтому не могло не радовать, что с такой курсовой прокладкой левый борт крейсера будет прикрыт островами и всей вулканической возвышенностью, куда осторожный командир субмарины не полезет. С другой стороны, он прекрасно знал и недостатки ГАК «Полином».
«У гидроакустического комплекса мощные низкочастотные характеристики, но это разработка ещё семидесятых — старенький он, имеет высокую зависимость от донных ревербаций на малых глуби́нах».
— А почему дальше не проложил? — Командир указал на одну из северных островных оконечностей архипелага, где начерченная курсовая линия обрывалась.
— В прикидках есть, конечно. И разные направления. А на чистовик я не наносил. Не люблю загадывать, — и кап-три широко улыбнулся. — Ты же знаешь — я суеверный.
— Сколько миль до этой точки? За сколько пройдём, считал?
— Трое суток максимум. Но если ничего не помешает, то быстрей.
— А что… — зацепился за свои тревоги Терентьев, — тебя смущает наш сопровождающий? Или ещё кого ждём?
— Да тут наверняка судоходство нехилое. Опять всякие лоханки аборигенские.
* * *
Штурман оказался прав. В расчёте милей и времени. И про судоходство угадал.
В светлое время суток ещё ладно — погода стояла ясная, всегда оставалось время на реакцию. А вот ночью приходилось врубать курсовые прожектора — мелкие ялики и баркасы почти не брались локатором. Так и норовили «попасть под колёса».
Однажды налетели на целую флотилию вообще каких-то убогих лодок, благо те подсвечивали себя фонариками. Несмотря на мощный луч прожектора и завывания сирены, очумевшие рыбаки даже и не думали уйти с дороги. Несколько лодчонок буквально растолкали носовым буруном из-под форштевня, закружив в расходящихся и поперечных волнах, создаваемых движущейся махиной крейсера. В общем, потоптались, словно слон в посудной лавке!