— Получили сообщение об убийстве.
— Так? — Горохов привстал, а мы напряглись.
— Обнаружен труп с признаками насильственной смерти в лесу.
— А мы причем? Мясник пойман, в камере сидит, звоните в местную прокуратуру, пусть там следака отряжают.
— Так почерк схожий с Мясником, — оправдывался старшина, переступая с ноги на ногу. Милицейский галстук на резинке у него съехал набок.
— Почерк? — нахмурился Никита Егорович. — Нога отрезана? Или голова?
— Нет… На этот раз рука.
— Как рука? Какая рука? Где? Чей труп?
— Ничего еще не знаем, — старшина попятился к выходу. — Там перепуганный гражданин звонил, ничего толком сказать не может
— Твою дивизию! — Горохов хлопнул по столу ладонью, а дежурный вздрогнул. — Почему сразу не сообщили? Бардак у вас!
— Так, это самое, — лепетал старшина. — Как не сообщили, вот — сообщаю. Сразу к вам, старший смены меня направил. Вот только что сообщение об обнаружении трупа получили. Даже Булкин еще не в курсе.
— Ясно, — шумно выдохнул Горохов. — Поднимай судмедэксперта и кинолога.
Глава 22
В этот раз ехать пришлось совсем недалеко. Место происшествия оказалось сразу за городом, все в том же лесном массиве, но с той лишь разницей, что углубляться в него практически не пришлось. Стоило свернуть с асфальта, и наш «Москвич» очутился в старой березовой роще, которая, несмотря на сентябрь, еще отливала зеленью.
Мы прибыли первыми и почти всей группой, только Свету оставили в кабинете. Не любила она на трупы смотреть, тем более расчлененные.
В роще одиноко стоял УАЗик ППС. Никто из руководства и местной прокуратуры еще не успел сюда наведаться. Что ж, тем и лучше.
Когда мы вышли из машины, нас встретил старший сержант. Подтянутый, широкоплечий, но лицом «зеленый», как несвежая колбаса.
— Командир отделения Поляков, — отрапортовал он Горохову, безошибочно признав в нем старшего.
— Что у вас тут?
— Труп. Без руки. Обнаружил местный грибник, он сейчас у нас в машине.
— Ясно, — кивнул Горохов, — ничего не трогали?
— Никак нет. Близко даже не подходили, — старший сержант покосился на березу, возле которой виднелось прислоненное спиной тело. — Все так и было.
— Молодцы, — похлопал его по плечу Горохов, под его ладонью забряцали золотистые лычки. — А что с лицом у тебя, Поляков? Будто сам покойник. Отравился чем-то?
— Нехорошо что-то… Там такое, — милиционера перекосило, когда он снова кинул мимолетный взгляд в сторону злополучной березы.
Мы приблизились к центру места происшествия. Еще издали стало понятно, что это мужчина привязан к дереву. Но он сидел, а не стоял, как прошлые жертвы. Привязан к стволу, сидит, привалившись спиной. Правой руки нет, следов крови, на первый беглый взгляд, тоже не видно.