— Но вы же из ОБХСС, разве вы занимаетесь убийствами?
— У нас особый отдел. Я из Москвы, мы всем занимаемся.
— Я помогу, помогу, скажите только, что делать! — тараторила Маша, цепляясь за соломинку.
— Вот и отлично… — улыбнулся я.
Осведомитель Маша завербована.
Глава 8
— В общем, Маша, — я стал инструктировать вновь испечённого «агента». — Присматривайтесь на фабрике ко всему, что покажется вам подозрительным. Особенно если это связанно как-то с убитыми Морошко и Черпаковым. Я вам буду периодически звонить на рабочий телефон и просить выйти. За главным цехом есть укромное место, там еще брак складируют. Видели, наверное? Вот там и будем встречаться, и вы мне будете передавать информацию. Договорились?
— Да, конечно, — девушка крутила в руках карандаш. — Но что я могу узнать? Какую информацию? А если ничего не выйдет?
— Вы девушка видная, я так понял, что на контакт с вами мужчины идут легко, — я хитро прищурился, — вот и используйте свое природное обаяние, так сказать. Не мне вас учить, как с мужиками обращаться.
— Вы так говорите, — надула губы бухгалтерша, — как будто я легкодоступная и ветреная особа.
— Ну что вы! Будем считать, что вы просто очень коммуникабельная.
— Какая?
— Общительная.
Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась знакомая голова.
Голова улыбнулась, но, заметив меня, сразу попыталась скрыться обратно за дверью.
— Стоять! — крикнул я Сипкину. — Заходи, раз пришел.
Мой старый знакомый с вытаращенными глазами нехотя вошел в кабинет, пряча за спиной руку.
Я показал ему корочки:
— Ну, что, Вовчик, как видишь, я все еще работаю в органах. Поговорим теперь? Что ты там за спиной прячешь? Показывай.
Сипкин сглотнул и смущенно вытащил из-за спины букет ромашек.
— Ого! Спасибо, конечно, за такую теплую встречу, но я не люблю цветы. Лучше бы пачку чая мне принес.
— Это не тебе, — пробормотал Сипкин, переминаясь с ноги на ногу.
— А кому? — я покосился на Машу, та воткнула глаза в пол, бедный карандаш в ее пальцах завертелся еще быстрее.
— Ей, — Сипкин выпятил брови, отчего стал похож на неандертальца.
Будь я не столь черств душою, я бы даже умилился. Ну прямо Леди и Бродяга!
— Эх, Маша, Маша, — я с укоризной покачал головой, — что же вы не рассказывали о своих «дружеских» отношениях с товарищем Сипкиным?
— Нет у нас никаких отношений, — карандаш выпал-таки из рук девушки и покатился по полу. — И какое это имеет отношение к вашему делу? Не понимаю…
— Ну, как же?.. — теперь я уже сверлил взглядом Сипкина, который так и стоял истуканом посреди кабинета. — Самое прямое. Какая интересная картина у нас вырисовывается. Сначала товарищ Сипкин начистил начальственную физиономию завскладу, с которым вы, Маша, в кино индийское хаживали, потом Черпакова находят мертвым, а сейчас Вова вам еще и цветы принес. Прям снова кино индийское получается. Не считаете?