И я не ошибся — ни в своих догадках, ни в докторе Шеви.

Поначалу доктор явно растерялся: он никак не мог понять, чего мы с Орвином от него хотим, и куда мы его так настойчиво увлекаем. Я же на собственном опыте начал понимать, что именно означает недавно вычитанный мною термин «паранойя». Настоящим параноиком я пока не стал, но оглядываться и всех подозревать определенно начал.

Удивление доктора начало сменяться непониманием и яростью как раз на лестнице, ведущей в убежище. Видя это, мне пришлось объяснить, что за нами скорее всего следят, а тема нашего разговора достаточно щепетильна и важна, чтобы попытаться сохранить её в тайне. Доктор сразу подобрался и моментально нам поверил. Только, похоже, он сделал выводы, что мы с Орвиным ведем свою игру за спинами полковника и отдела безопасности — похоже, он считал полковника самым главным злодеем на Атлантисе. Я не стал ни подтверждать, ни опровергать эти догадки. Главное, что доктор понял принятые нами меры предосторожности. Орвин во всем этом мини-спектакле старательно мне подыгрывал, не понимая при этом совершенно ничего. Я ещё раз с теплотой поразился степени его доверия ко мне.

За прошедшую ночь я успел хорошенько обдумать, как действовать дальше, и за какую ниточку тянуть. Потому меня интересовало все, что связано с предыдущими исследованиями — как в области биомов, так и в области модифицированных. По биомам доктор мне не смог сообщить ничего нового: этой области исследований он просто не касался. У меня вообще создалось стойкое ощущение, что доктора не сильно интересует то, что происходит за краем Атлантиса, и происходит ли там вообще что-то. А вот по модифицированным получалось кое-что узнать.

Исследования известных модифицированных, разумеется, проводились. Сам доктор Шеви тоже участвовал в них, но лишь мельком, как приглашенный коллега. Возглавляла исследования на Атлантисе некто доктор Анна Водопьянова. По словам доктора Шеви, доктора Водопьянову уважали все коллеги, работавшие с ней в медицинском центре. Она была достаточно взрослой, чтобы уметь использовать немалый наработанный опыт, и при этом достаточно молодой, чтобы сохранить энергию и тягу к познанию. Разумеется, мой первый вопрос был — где я могу найти эту женщину, и как мне с ней поговорить. Тут доктор Шеви меня немного огорошил, заявив, что доктор Водопьянова покинула Атлантис вскоре после того, как при бунте Навигаторов погиб последний её исследуемый. Других модифицированных на Атлантисе либо не было, либо про них никто не знал. Для ученого исчез предмет исследований. Хотя работы в других областях было навалом, доктор предпочла переместиться на Пермафрост: биом хоть и совсем маленький относительно Атлантиса, но все же — намного более интересный.