— Леди Лиат, главы приходили, просили передать, что урожай редиса и огурцов собран, — отрапортовал один из стражей, которым Арен, послушав королевского коннетабля, наказал никого в замок к главе Эсхейма не пропускать. Это ужасно нервировало, но я не стала сопротивляться, действительно, так даже спокойней. Но когда двенадцать дней назад мне преступили путь, не позволив выйти в город на встречу к Хагену, даже Ульф побоялся возразить и благоразумно исчез в стенах казармы, стоило мне только высказаться от всей души. Так что счёт к лорду Рейниру у меня растёт с невообразимой скоростью и, уверена, тёплой встречи после долгой разлуки между нами быть не может.
— Отлично, спасибо, Ньял, — поблагодарила парня, но вспомнив о недавнем разговоре с Бергит, спросила, — вчера гонец от коннетабля был, какое сообщение оставил? Нашли Виллума?
— Нет, госпожа, но обнаружили ещё одно древнее святилище в пещере, а там крови полно в желобах, — прошептал стражник, опасливо озираясь.
— Уверен? Или опять выдумки старух?
— Так гонец сказал Ульфу.
— И все слышали?
— Нет… но, — замялся парень, покосившись в коридор, наверняка мечтая поскорее смыться.
— Тогда не болтайте попусту и сплетни по Эсхейму не распространяйте, а то побегут всей деревней отсюда, — сердито прикрикнула, украдкой бросив взгляд на побледневшую Бергит, — передай Ульфу, что я хочу его видеть.
— Как прикажете, госпожа, — торопливо проговорил Ньял, рванув было из мастерской, но я дополнила:
— И Арену скажи, чтобы пришёл!
— Да, леди Лиат, — на ходу отозвался парень и вскоре скрылся за дверью, которую девушка плотно затворила.
— Бергит, не верь, выдумки это! Не так прост Виллум, чтобы попасться.
— А вдруг кто из своих? Страшные слухи, госпожа, по Эсхейму ходят, теперь и не знаю, чему верить.
— Ничему не верь, — голосом, не терпящим возражений, проговорила и, чуть помедлив, добавила, — себе верь, и всё.
— И себе верить страшно, — натянуто рассмеялась Бергит, возвращаясь на своё место, и некоторое время мы просто молча занимались каждая своим делом. Пока противный внутренний голос меня не допёк, и я вновь не заговорила:
— Ты Марен давно видела? Что-то два дня уже не появлялась.
— У себя в комнате сидит, бумагами обложилась и что-то считает, — равнодушно пожала плечами девушка, от усердия вытащив кончик языка, переливая бурую жидкость из большой ёмкости в ёмкость поменьше.
— А Ханну?
— Ханну часа два назад в коридоре встретила.
— Ясно. Слушай, время к обеду подошло, можешь распорядиться подать сюда? А то Нора тоже куда-то запропастилась.
— Конечно, госпожа, — тут же отозвалась девушка, рывком поднимаясь с кресла, и едва помощница лекаря ушла, в дверь мастерской тотчас постучали, и после дозволения в комнату зашли Ульф и Арен.