Нижний уровень был другим миром. Бункер — настоящий, советский, построенный на совесть: бетонные стены толщиной в метр, низкий потолок с трубами и кабелями, освещение флуоресцентными лампами, которые здесь работали — автономный генератор гудел где-то в стене. Запах — сухой, металлический, с едва уловимой озоновой ноткой. Запах места, которое строили с расчётом на то, что снаружи уже ничего нет.

Полковник стоял посреди помещения и исподлобья смотрел на нас.

Мы встречались раньше, но с тех пор он здорово поменялся. Теперь это был крупный мужчина, лет пятидесяти пяти на вид, не больше. Прежний Полковник выглядел намного старше. Единственное, что не поменялось вообще, — это его вид человека, который привык отдавать приказы и не привык к тому, что их не исполняют. Лицо сейчас было странным — не пустым, как у полностью контролируемых Оно, и не нормальным. Что-то среднее. Как будто два сигнала накладывались друг на друга и мешали один другому.

— Стоять, — сказал он. Голос был его — живой, с хрипотцой. — Стоять, я сказал.

Мы остановились.

Он смотрел на нас несколько секунд. Бес вообще его не заинтересовал, я вызвал явную вспышку гнева, но взгляд Полковника скользнул дальше и застыл, буравя нашего спутника.

— Иван Дмитриевич, — произнёс он, и в голосе было что-то странное. Страх? Уважение? Хотя… он же зомби, пусть и продвинутый, откуда бы этому взяться… — Вы здесь. Я даже не буду спрашивать, как и зачем, и так понятно.

— Здесь, Андрей Петрович, — ответил генерал ровно. — Как видите, я решил выполнить свой долг до конца. Город захвачен неприятелем, и комендант обязан активировать заряд.

— Вы понимаете, что вы делаете?

— Отлично понимаю.

Полковник перевёл взгляд на меня. Долго смотрел — изучающе, с тем выражением, которое у нормальных людей означает «как бы я хотел, чтобы ты сдох ещё до нашей встречи». У него это выражение было, но под ним угадывалось что-то ещё — усилие. Как будто ему стоило труда просто смотреть по-человечески.

— Если бы я знал, сколько же от тебя будет проблем — просто приказал бы пристрелить к чертям ещё на заводе… — его лицо скривилось, будто бы от боли. — Но ты аномалия, и ты нужен моему… патрону.

— Называй вещи своими именами, Полковник. Твоему кукловоду-хозяину. Честно говоря, мне плевать, что там ему нужно.

— Оно хочет тебя. Хочет понять, как ты работаешь.

— Передай ему, что я не заинтересован в сотрудничестве.

Что-то мелькнуло в его лице — почти улыбка. Почти человеческая.

— Оно… — он запнулся. — Сейчас… его внимание… не здесь. Там, наверху. Оно втянуто в сражение за вход в здание и прилагает все усилия, чтобы не проиграть. Контроль ослаб, так что я сейчас — это я, без всяких там команд.