Вдохнув поглубже, я уловил цветочный аромат Роуэн, хотя, пока находился в Городе Шипов, не сомневался, что ее больше нет в живых. Но в мире мертвых в моей груди снова затеплилась надежда. Я ощутил, что и сам возрождаюсь.

«Может, Роуэн где-то поблизости?»

Морской ветер обдувал лицо, обостряя чувства, и я напомнил себе, как опасно надеяться. Встреченная мной в чистилище Мортана тоже твердила об этом. Черт, каждое последующее прохождение через треклятую пещеру оказывалось хуже предыдущего.

Шагая мимо Дома о семи фронтонах с мерцающими на темных стенах оранжевыми окнами, я продолжал терзаться воспоминаниями о чистилище.

Я видел, как Мортана держала на ладони сердце моей матери и дико хохотала, а эхо многократно усиливало ужасный звук в подземелье. За ее спиной на веревке болтался мамин труп, а у ног валялось исхудавшее тело Ашура. Насаженные на колья отрубленные головы лилит отбрасывали на стены зловещие тени.

– У тебя была одна-единственная цель – отомстить за тех, кого ты любил. Ты обещал Ашуру поквитаться со смертными. Сказал, что убьешь меня, – ликовала Мортана. – А сам что сделал? Снова влюбился в меня. Ну а я, разумеется, тебя одурачила. Неужели ты до сих пор не понял, как глупо надеяться? Ты был идиотом, когда доверился мне. Я-то думала, ты хорошо усвоил урок, но похоже, придется приложить больше усилий. Я солгала тебе, а теперь завладею твоим троном, Орион.

Я тряхнул головой, изгоняя ее из своих мыслей, и посмотрел на колодки. Сегодня в них висела другая женщина. Ее волосы были вымазаны грязью, а глаза с мольбой устремлены на меня. Я собрался разломать дерево, чтобы освободить ее, но потом подумал, что если сделаю это, женщину, скорее всего, повесят как ведьму.

Слева располагалась освещенная теплым светом таверна матушки Патнэм, и я заглянул в окно, надеясь увидеть копну роскошных рыжих волос Роуэн, но ненароком встретился взглядом с самой хозяйкой, чьи щеки тут же зарделись.

Мое сердце упало. Я развернулся и направился в сторону Осборнского леса, но не успел сделать и пары шагов, как она окликнула меня:

– Господин Ашур!

Пришлось повернуться. Матушка Патнэм прижимала к груди сцепленные бледные руки, в глазах сверкали искорки безумия.

– Досточтимый господин Ашур, горе-то какое! Очень я опечалена тем, что случилось с вашей женой.

Своим притворным сочувствием она словно вонзила нож мне в грудь.

– С моей женой? – повторил, надеясь, что она, черт возьми, снизойдет до дальнейших пояснений.

– Плохо дело, – проговорила она, подходя ближе. – Я как только ее увидала, так сразу и смекнула: лицо-то мне знакомо. Ну точно из ночного кошмара явилась. Грязное нечестивое создание! Поймали ее прошлой ночью в лесу, с самим дьяволом якшалась!