Я натужно сглотнул, разрываясь между желанием услышать подробности и как следует стукнуть матушку Патнэм головой об стену.

– Где же она сейчас?

Уголок ее рта дернулся, и женщина облизала губы.

– Я перед всем честным народом так и заявила, что сам вы знать ничего не знали, что вы добропорядочный человек. А женушка ваша как есть ведьма. Демоница. На рассвете судья Корвин вздернул ее на Холме виселиц.

Земля ушла из-под ног, а перед глазами потемнело. Это я был виноват в том, что оттолкнул Роуэн.

Я схватил треклятую бабу за плечи.

– Она до сих пор там?

– Муж мой много лет как преставился, господин мой, вот я и надеялась…

Я отшвырнул ее в сторону и поспешил к Гэллоуз-Хилл, не сомневаясь, что мое сердце вот-вот разорвется на куски.

* * *

С ветвей дерева свисали четыре разлагающихся женских тела, но Роуэн я среди них не обнаружил. Снова вернулась надежда, моя опасная спутница. Вдруг матушка Патнэм лишилась рассудка и потому болтает невесть что? Я углубился в темный лес, ожидая встретить там Роуэн или хотя бы Таммуза.

Умирающий Бог должен был знать, что происходит.

Пока я брел по заснеженной земле, луну заволокло тучами. Мы с Роуэн проходили здесь совсем недавно, но почему-то казалось, будто миновала целая вечность.

Я мельком взглянул на скрытый за стволами деревьев маленький домик. Его окна заиндевели. Толчком распахнув дверь, я шагнул внутрь.

Запах Роуэн ощущался здесь вполне отчетливо, но обстановка была не той, что две ночи назад. Над огнем сушились полоски мяса, на очаге стояли корзины с ягодами. В уголке лежала стопка сложенной женской одежды ее размера. Свечи догорели до половины.

Домик выглядел обжитым.

Нагнувшись к лежанке, я взял одеяло, поднес к носу и понюхал. Запах Роуэн. Совсем свежий.

С гулко колотящимся сердцем я покинул хижину и углубился в лес. На этот раз мне даже не потребовалось произносить заклинания – Таммуз сам возник передо мной. Его лицо серебрилось в лунном свете, а тело окутывала темнота.

– Где она? – прохрипел я.

– Мортана? Мертва.

– Нет, Роуэн. Она другая. – В моем голосе звучало отчаяние. – Где она?

Снег взвихрился вокруг нас, ночь ощерилась опасностью.

Умирающий Бог приблизился. Очертания его казались нечеткими, как будто расплывались.

– Ах, эта! Видишь ли, она тебе солгала. Не открыла, как убить короля-самозванца. Она хочет завладеть твоей короной, забрать то, что принадлежит тебе, и самой сделаться правительницей. – Он сверкнул глазами. – Орион, неужели ты до сих пор не понял, что нельзя позволять себе надеяться?

Я уставился на него, и сердце ускорило бег. Если я не отвоюю трон, мои планы обречены на провал. Я живу ради одной-единственной цели: чтобы исполнить клятву, данную мертвым, напитать землю кровью своих врагов.