«Досточтимый господин Ашур? Это еще что за обращение?»

– Ох, какой ужас! – отозвался Орион, и я уловила в его тоне легчайший оттенок сарказма. Хоть бы эта женщина ничего не заметила! – Прелюбодеи? Вот богомерзкие люди!

Подавшись вперед, она зашептала:

– Отвратительные твари. Вы как в Осборн-то явитесь, так и передайте: сама матушка Патнэм сказывала, дьявол поселился в лесу из-за нечестивости людской. В чащобе добрые люди делаются аки звери, разгуливают промеж деревьев в чем мать родила, в крови вымаранные. Женщины там отдают тела свои Человеку-Тени, наподобие самок в течке, стоят на руках и коленях да визжат от неги животной. – Собеседница Ориона тараторила, захлебываясь словами, пребывая в совершенном восторге. Глазки у нее бегали, щеки разрумянились. – Они с дьяволом уговор заключили, сама видала, вот как вас сейчас вижу!

Я собралась возразить, что, по ее собственному заверению, в Осборне женщина никогда не была, но вовремя вспомнила, что мне велено держать язык за зубами.

Что ж, если ее слова правдивы, а женщины и в самом деле бегают по лесу голышом, совокупляясь с демонами, возможно, именно по этой причине Умирающий Бог ошивается здесь уже целых полгода. Кем бы ни был, похоже, он знает толк в веселье. В отличие от унылого вида смертных мужчин, хлебающих суп в этой таверне. Неудивительно, что Умирающий Бог успел обзавестись почитательницами. Да и понятно, почему матушка Патнэм отправилась на его поиски.

Орион выпрямился, в теплом свете свечи сверкнув голубыми глазами.

– Горе тому, кто злодея вожделеет, – наставительно произнес он. – Мы явились сюда, дабы изгнать дьявола из этих добрых городов. Таково наше священное предназначение, сколь много опасностей оно нам ни сулило бы. Я лишь о том и мечтаю, чтоб загнать зверя окаянного на костер адов да спалить его книгу дьявольскую, дабы доле не развращал он невинных девиц мерзостью своею.

– Истину глаголете. – Щеки женщины раскраснелись сильнее, и она улыбнулась Ориону, продолжая таращиться на него как завороженная. – Ох, и доблестный же вы охотник на демонов! Да-да, слыхали мы о «Маллеус Даймониорум», знали, что явитесь вы очистить края наши от скверны. Поджидали мы вас, ох поджидали. – Она склонилась еще ниже. – Большая честь для нас, коли пришел к нам такой выдающийся человек. Сила в вас великая и отвага, уж вы нас убережете от зла.

Я ушам своим не поверила! Женщины заигрывали с Орионом даже в аду!

Он лишь сложил пальцы домиком.

– И вы разумеете, дьявол тот и доселе рыщет в Осборнском лесу?

– Да куда ж он, окаянный, денется? Лес-то тот как есть проклят. Своими глазами видала, да не единый раз, как бесстыдницы в чем мать родила вьются вкруг него в танце бесовском. Похоть им в голову ударила, опьянила. Все лес виноват, злые мысли внушает. А дьявол-то как разок глянул на меня, так и смекнул, что я исполнена благочестия, и осерчал страшно. Завыл он жутко, аки дикий зверь, да и прогнал меня в ночь глухую.