Конор поспешил поднять его, а Дельфина, которая собиралась менять постельное белье, взвизгнула и выбежала из комнаты. К неудовольствию Кела, она вернулась в обществе легата Джоливета и Лилибет. Королева осмотрела спальню с каменным лицом. Нападение на Кела привело ее в ярость: неужели преступники Кастеллана настолько обнаглели, что нападают на аристократов с Горы? Куда катится мир? И кстати, скоро ли Ловец Мечей сможет вернуться на службу? Следует ли Конору отменить публичные выступления на предстоящие две недели? Когда выздоровеет Ловец Мечей и выздоровеет ли он вообще когда-нибудь?

Благодарение Богам, ее сопровождал Джоливет. Он объяснил, что Ловец Мечей находится в превосходной физической форме (хорошая новость для Кела, который не ощущал ничего подобного) и что нет никаких причин опасаться затяжной болезни. Келу, говорил Джоливет, не следует лежать в постели целыми днями; напротив, нужно начинать понемногу упражнять мышцы и постепенно увеличивать нагрузку до тех пор, пока он не почувствует, что может вернуться к обычным тренировкам. Также следует придерживаться здоровой диеты: мясо, хлеб, не слишком много овощей и фруктов, никакого алкоголя.

Кел, который к этому моменту немного пришел в себя и смог, прихрамывая, сходить в тепидарий и вернуться, думал, что Конор будет протестовать – особенно против запрета на спиртное. Однако принц с задумчивым видом кивнул и сказал, что Джоливету, конечно, виднее. Кел был абсолютно уверен в том, что Конор никогда в жизни не говорил таких слов старому солдату. Джоливет бросил на принца озабоченный взгляд.

Но, наверное, не стоит так удивляться, думал Кел позднее, медленно одеваясь и дрожащими руками пытаясь застегнуть пуговицы. Конор выглядел каким-то рассеянным с того дня, когда Кел рассказал ему об истинной причине засады в порту. Чем он был занят? Пытался уломать главу Казначейства, чтобы ему выделили деньги? Обхаживал Фальконета? Или – это было более вероятно – брал в долг понемногу у всех, чтобы избежать разговора с Казалетом? Так или иначе, принц отсутствовал с утра до вечера, и Кел впервые за много лет оказался предоставлен сам себе.

«Необходимы физические нагрузки», – сказал Джоливет, и Кел начал с прогулок. Ему было немного стыдно за свою слабость; медленно, как старик, он ковылял по мозаичным дорожкам дворцовых садов, среди цветущих кустов жимолости, под ветвями смоковниц и лимонных деревьев, отяжелевшими от плодов. Боль в груди давала о себе знать, когда Кел дышал слишком часто или двигался слишком быстро.

Он перестал принимать морфею. Хуже всего было в первую ночь: он беспокойно ворочался на кровати, не мог заснуть. Но постепенно его тело перестало жаждать этого средства, с каждым днем его движения становились энергичнее, он проводил в саду все больше времени.