И все же Лин не смогла заставить себя прижечь раны принца ляписом. Она взяла еще несколько амулетов, погладила большим пальцем гладкий прохладный металл. Потом начала раскладывать серебряные пластинки поверх ран.

За все это время принц не издал ни звука. Но, когда талисманы касались его тела, он напрягался и немного приподнимался на локтях. Она могла бы просунуть руку под его живот.

Она не знала, почему ей вдруг пришла в голову эта мысль…

Конор снова замер, ожидая прикосновения холодного металла.

Лин заговорила:

– Я уверена, Майеш не придет в отчаяние. Вы не могли «разрушить» ничего такого, чего нельзя было бы восстановить.

Его шипение почти походило на смех. В ложбинке вдоль позвоночника, на затылке выступили бисеринки пота.

– О… вы будете… удивлены. Я ничего толком не умею делать, но… – Конор снова охнул. – Но разрушать у меня хорошо получается. И принимать неверные решения. В этом я тоже преуспел.

Лин положила ему на спину следующий талисман.

– Почему бы вам не рассказать мне о том, что произошло, – предложила она. – Возможно, все не так плохо, как вы думаете.

Он слегка расслабился и снова лег.

– Действительно, почему бы и нет. Вы вряд ли будете делать мне комплименты, правда? Не собираетесь, как Фальконет или Монфокон, уверять меня в том, что я блестящий государственный деятель, что я умнее всех и всегда поступаю верно?

– Вы совершенно правы, – сказала она. – Не собираюсь.

Конор опустил голову и коснулся лбом рук, сжатых в кулаки. Потом заговорил монотонным голосом, почти не делая пауз.

– Проспер Бек, – произнес он. – Я задолжал ему огромную сумму денег. Неважно, как это вышло; главное в другом – это свалилось на меня как снег на голову, причем его претензии были вполне законными. Я обязан был уплатить долг. Денег не было. – Принц поморщился и выругался, когда она положила талисман на самую глубокую рану на его плече. – Я общался с ним через посредников. Я думал, он потребует еще и проценты. Но вместо этого он приказал мне кое-что сделать для него.

– Кел знал об этом?

– Нет. Бек передал свой приказ в то время, когда Кел выздоравливал, и я не хотел его тревожить. Сначала я отказался выполнять требования Бека, но в конце концов сдался. Первая просьба показалась мне довольно безобидной. Я должен был подсыпать рвотное в бутылку вина и напоить этим вином Монфокона и Ровержа. Обоих всю ночь тошнило, но они решили, что просто перебрали. С ними такое, конечно, бывало уже не раз.

– И Бек узнал об этом? – Лин взяла очередной талисман.

– Узнал. И прислал сообщение с очередным заданием. Приказал убить Асти, мою лошадь. Но это было… я не смог сделать этого.