– Фамильярно, – повторил Конор, криво усмехаясь. – Я пришел сюда потому, донна Кастер, что подумал… вчера ночью я, вероятно, испугал вас. Яплохо помню, что произошло… – Он взмахнул рукой, словно убирая от лица паутину. – Я хотел бы заверить вас в том, что не имел в виду ничего дурного. И ничего личного. Я часто целуюсь с женщинами.

Лин покраснела. Об этом она не рассказывала Мариам; по правде говоря, она многое утаила от подруги: что Луиза плакала, что она, Лин, говорила с принцем вызывающим тоном, что он пришел в ярость. И, естественно, она не стала упоминать о поцелуе.

– Я искренне надеюсь, – ответила Лин, – что вашему высочеству не пришлось отложить какие-то важные дела ради того, чтобы прийти сюда и сообщить то, что мне уже известно.

Его глаза сверкнули. Но это был не гнев, которого она ожидала. Он разгневался на нее вчера ночью, она помнила его лицо. Нет, скорее это было недоумение и раздражение, как будто он пытался решить математическую задачу, но зашел в тупик.

– Хорошо, – произнес он. – Вы правы. Я пришел сюда не для того, чтобы извиняться за поцелуй.

Лин смотрела ему прямо в глаза. Она считала, что так будет лучше. Тогда она сможет заставить егоувидеть ее. Едва ли люди охотно встречаются с ним взглядом, думала девушка. Пристальный взгляд короля или принца способен заставить человека выдать себя; он может заставить придворных нервничать, напомнить членам Совета о том, что, хотя они и считают себя всемогущими, как Боги, на самом деле это не так.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга. В полумраке Лин чудилось, что отполированная золотая корона полыхает, как огненный венец. В глазах принца тоже тлели странные огоньки. Наконец Лин заговорила:

– Тогда зачем же вы пришли ко мне, принц Конор?

Он извлек из кармана какой-то потрепанный коричневый пакет.

– Вчера ночью вы назвали меня эгоистичным ублюдком, – сказал он, – но разве эгоистичный ублюдок подарил бы вам это?

И он протянул ей пакет. Она поняла, что это старинная книга в кожаном переплете. Она дрожащей рукой взяла книгу и прочла полустертую надпись на корешке: «Сочинения Касмуны». Она ахнула от изумления и начала быстро перелистывать страницы, забыв о том, что с книгой следует обращаться осторожно. Столько текста, рисунки – изображения камней, так похожих на ее собственный, ярких, тусклых, – какие-то пронумерованные списки, возможно, инструкции…

– Думаю, мне следовало этого ожидать, – сухо произнес принц. – От вашего деда я тоже никогда не слышал слов благодарности.

Лин заставила себя отвлечься от книги и вдруг вспомнила слова Андрейена: «В городе ходят слухи, что кто-то разыскивает книгу Касмуны. И, говорят, весьма настойчиво».