Его взгляд остановился на лице Кела, который понял, в чем дело, в ту секунду, когда Майеш сказал, что прием отменять нельзя. Он знал, что может возразить; и знал также, что никто не будет слушать его возражений.

– Ваше величество, сейчас я позову слуг. Кел, надевай талисман; у нас мало времени.

Прошло немало времени с того дня, когда Келу в последний раз приходилось играть роль Конора на официальном мероприятии – наверное, несколько лет. Но процедура была ему хорошо знакома, и ему даже не требовалось напрягать память. Он механически совершал действия, которых от него ждали, хотя в мыслях царил хаос.

Сначала он отправился в тепидарий, где тщательно вымыл тело лавандовым мылом и побрился. (Конор никогда не появлялся на публике даже с намеком на щетину.)

Когда он вышел из тепидария полностью обнаженный, если не считать талисмана, благодаря которому казался посторонним точной копией Конора, за дело принялись слуги принца. Они хлопотали вокруг него, словно рой трудолюбивых пчел. Его волосы высушили, завили и надушили; на руки нанесли ароматизированный лосьон. Помогли облачиться в парадную одежду: белоснежную батистовую сорочку с золотым шитьем на манжетах и манишке, дублет длиной до колена из черного бархата с нашитыми на него полосами золотой парчи, штаны из того же материала, сапоги из тисненой кожи, верхний камзол из золотой парчи, отделанный мехом белой рыси. Подали кольца с камнями размером чуть ли не с грецкий орех; перстень с изумрудом Кел надел на левую руку, с рубином – на правую. И, наконец, на голову ему надели корону принца – простой золотой ободок, который всегда оставлял красную полосу на лбу.

Талисман, надежно спрятанный под сорочкой, был невидим даже для тех, кто знал о его существовании.

Закончив работу, слуги исчезли бесшумно, как тени, и вошел хмурый Майеш. Кел устало смотрел на советника. Майеш, как и полагалось ашкарам, был одет в серое, но его шелковая туника была перехвачена серебряным поясом, на шее висел тяжелый серебряный медальон – знак его положения.

Он внимательно оглядел Кела.

– Готов?

Кел кивнул. Часы на башне внизу, в Кастеллане, пробили семь, но это не имело значения; Конор часто опаздывал. Кел и советник вышли в коридор, спустились на первый этаж, потом Майеш открыл дверь, ведущую в подземный переход, который соединял жилище принца с другими дворцами.

Только сейчас Кел позволил себе вспомнить о принце.Где же он? Кел сказал королеве, что в последние несколько дней ее сын пребывал в дурном настроении, и это было правдой, однако он не мог представить себе, что стало причиной кризиса и заставило принца покинуть дворец в такой ответственный момент. У Конора имелись уязвимые места, но Кел не понимал, кто мог нанести ему настолько болезненный удар. Он ведь знал, что королева придет в ярость, но, должно быть, решил, что все так или иначе обойдется, его отсутствие будет замято, а приличия будут соблюдены. Он не мог не понимать, что свадьба неизбежна, что ее невозможно предотвратить, как стихийное бедствие.