Но, есть проблема, и не маленькая!

Кое-кто, устроившийся у меня в голове мне не даст живицу с сосен собирать!

Он мне после стрельбы по дереву весь мозг выел, словно он взаправдашний друид, а не друидов внук. Так что сбор смолы отпадает, а жаль. Вариант был интересный, хоть и работка та ещё, нелёгкая. Глядишь, за год — полтора и наскрёб бы себе на новенькую машину.

— Слушай, а говорят Нивы скоро в свободной продаже появятся? — вспомнил я передовицу из областной газеты.

— Я тоже про это слышал, но говорили, что цену ещё на две тысячи поднимут, а отец у меня за девять купил, — подтвердил Сорока, начав маневрировать меж ухабами на спуске.

Тут вся дорога лесовозами побита, особенно в тех местах, где они вынуждены часто тормозить.

— Мда-а… Дороги нынче машины, и что ещё хуже, они в числе дефицита, — чисто про себя заметил я.

Так-то машина у меня есть. Чисто теоретически. Старая, ещё дедом купленная Победа в гараже стоит. Но отец перед смертью года два, как ей не занимался, если не больше. Пожалуй, с тех самых пор, как я ушёл в армию.

Честно сказать, я помню, что после смерти деда автомобиль передвигался лишь в тёплое время года, когда у отца была возможность его ремонтировать. Условно говоря, время поездок и ремонтов у старенькой Победы было приблизительно равным. Чаще всего ломался кронштейн маятникового рычага рулевого управления, постоянно сбоили все датчики, рассыпались подшипники передних колёс или забивался глушитель. А ещё её нужно было шприцевать раз в пять тысяч пробега. Про низкое качество пружин и рессор я тоже не понаслышке знаю, так как каждый раз, готовя машину к зимовке, мы с отцом ставили её на чурбаки, чтобы по весне детали подвески не пришлось менять, что иногда случалось с завидной регулярностью.

Про Победу я много думал, ещё в Ташкенте. Как говориться — и хочется и колется. И хоть водительские права у меня имеются, но сесть за руль этого автомобиля — серьёзный шаг, который может изменить всю мою жизнь. Пока я к нему не готов. Жить по вечерам в гараже — точно не моё.

Отчего я так нагрузился проблемой транспорта? С этим всё просто. Два, много три месяца, и моя Ява встанет на прикол.

Урал, однако. Тут гололёд и минусовые температуры уже в октябре не редкость. И вроде бы есть служебный УАЗ, но, как я выяснил, ему уже десятый год и он прошёл две капиталки. А расклад таков: до Свердловска сто шестьдесят пять километров, до Ачита сорок два, а то ближайшего села Тюш — двенадцать. До Афанасьевского семнадцать. Есть ещё село Кленовское, километрах в двадцати. Вот и вся география на окружающих меня тридцати тысячах гектаров егерского хозяйства.