В его мире эту роль выполняла какая-то смесь из специального жира и масла, но как он заметил — основа мази особой роли не играет. Главное дело в травах, а уж потом смешать всё примерно в равных пропорциях — процесс не сложный.

Утром я опять проспал, но проснулся быстро, как только услышал звуки жизни в доме. Удивительное дело, насколько в лесу мне удаётся быстро высыпаться. Так-то совсем мало вроде поспал, а проснулся бодр и весел.

— Я с утра по поручению отца поеду, в Кленовское, — сообщил мне Сорока за завтраком, — Не хочешь со мной?

— В Ачит сгоняю. Мне там один вопрос нужно закрыть, — ответил я, налегая на яичницу со шкварками.

Уж не знаю, о чём мой приятель подумал, но хмыкнул он понимающе, а его Аннушка не приучена вопросы задавать.

На самом деле мне надо снадобья неведомой «бабе Глаше» вручить, и аптеку навестить, чтобы вымести там все запасы вазелина, а может быть и Детского Крема, но только после его апробации Ратибором.

Как я понимаю, мази будут составлять не меньше половины всего изготовленного. Поговорил я тут, с чудо-юдом, что у меня в голове устроилось. Оказывается, он весьма и весьма неплохие деньги делал на средствах для дам. С душой он мне про них рассказал. Даже не старался скрывать, что по молодости ему зачастую не одними деньгами за них платили.

Сомневаюсь, что такой побочный эффект меня сильно заинтересует, так как своих примерных клиенток я уже видел, когда их в «Берёзку» сопровождал, спекулируя чеками Внешпосылторга.

И нет, мне не стыдно об этом рассказывать. Как я убедился, вся страна сейчас верна принципу: — «Хочешь жить — умей вертеться!»

Если ты не партократ из высшей лиги, то весь дефицит только «по блату» и с изрядной наценкой, или ответной услугой. И отчего-то этот импорт в глазах обывателя зашкаливает, превосходя своей временной ценностью все достижения государственного строя.

— Ты через сколько вернёшься? — спросил у меня приятель.

— Часа через три, максимум четыре, а что?

— Может, на рыбалку сгоняем? Она у нас не совсем обычная, особо не посидишь на месте, но интересная, — с намёком кивнул он на старенькие бамбуковые удочки, хранящиеся наверху, под навесом, на креплениях, вбитых в стену дома.

— А что в трофеях будет? — глубоко вздохнул я, вспоминая, сколько лет я не был на рыбалке.

— Трофеев не будет, — хохотнул Вовка, — Хариус и голавль, примерно вот такой, — положил он палец на ремешок часов, — От трёх до пяти штук на перекате, но потом я тебе пару затонов покажу. Там та-акой пескарь водится! Не поверишь, но вот такой толщины! — соорудил он колечко из своих немаленьких пальцев, — А какая уха из него… Если с вечера не доел, она к утру в холодец превращается. Ум отъешь! Но сразу предупреждаю — комары. Они ближе к вечеру у реки просто свирепствуют. Я дымарь подготовлю, конечно, но он так себе спасает.