— А сколько таких банок в ящике?

— Сорок восемь. Тебе надолго хватит, — громко гоготнула эта могучая женщина.

— Тогда давайте договоримся следующим образом. Я питание сейчас оплачу, но заберу лишь завтра. Сегодня транспорт у меня не тот, — довольно вежливо ответил я, заставив её выпучить глаза.

— И эти, с витрины заберёте?

— Да, все два ящика.

— Даже не знаю, можно ли столько в одни руки отпускать, — попыталась она из неликвида изобразить дефицит.

— Нет проблем. Могу один ящик у вас купить, а второй в Ачите возьму. У них тоже этим питанием полвитрины заставлено, — не стал я спорить.

— Нет уж, берите два, раз сказали, — буквально в воздухе переобулась продавщица, — И вам лишний раз никуда не ездить, — добавила она уже льстиво, чуть ли не заботливо.

На следующий день у Вована с Васькой произошло соревнование, кто больше съест. Я на первой же баночке обломался, так как мне не зашло, а они просто светились от счастья, гремя чайными ложками. Со счётом двенадцать — десять победил Сорока. И всё бы хорошо, но на третий день они от деликатеса отказались. Не лезет.

— Сокол, а ты так и не признался, для чего тебе баночки нужны, — вдруг прозрел Вован.

— Мне? А не ты ли меня про мазь против комаров спрашивал? Так вот её желательно в холодильнике хранить, или в подполе, но это уже на крайний случай, а с собой брать лишь столько, сколько потребуется.

— Так бы и сказал сразу. И куда теперь это пюре детское девать?

— Оно ведь полезное. Давайте курам скормим, — предложила Аннушка, которой питание, как и мне, не понравилось.

Куры не оказались ещё теми эстетами, и стабильно выклёвывали по десять — двенадцать баночек в день, а потом у них вдруг появились яйца с двумя желтками, к Аннушкиному восторгу и всеобщей мужской радости.

— Ратибор, нам нужно серьёзно поговорить о твоём поведении, — дождался я вечера, когда все улеглись спать.

— Ты о чём? — этак невинно поинтересовался он.

— Твоей ночной вылазкой в моём теле. Ничего мне не хочешь рассказать?

— Попробую, но и ты постарайся меня понять. Мы с тобой взялись изготовить довольно сложную мазь из трав, часть которых мне раньше не попадалась и я её не смог изучить. Ты умеешь делать Анализ? Хотя бы сырья, не говоря уж про конечный продукт?

— Я тебе что, лаборатория?

— Травнику лабораторий не надо! — немного пафосно начал Ратибор, — Нет, конечно надо, но не для Анализа, — тут же поправил он сам себя, — Для первичного Анализа сушествуют специальные заклинания. Мы до них ещё не дошли, но когда начнём их осваивать, ты ещё не так меня ругать будешь. Или ты думаешь, я не слышал, какими словами ты меня крыл, когда у тебя мазь не получалась?