— Благодарю, Павел Александрович. Служить буду честно. Не пожалеете, — с достоинством кивнул Алексей.

Следом за Осеевым мое внимание привлекла семейная чета с двумя близнецами лет десяти.

Эти тоже стояли спокойно, вперёд не бежали. Мужчина выглядел понуро, но был относительно чист, а главное — цел и даже с пожитками. Миловидная супруга жалась к мужу, обнимая сыновей.

Я подошел ближе. Замер. Молча смотрел на главу семейства.

— Некуда нам идти, князь, — глухо сказал он, не дожидаясь вопросов. — Мы к батюшке моему ехали. Но, оказалось, его убили. Дом заняли чужие люди.

— Вот как… — я задумчиво изучал мужика.

Взгляд честный, открытый. Говорит спокойно.

— Кто такой? Представься.

— Поручик Прокин Василий Григорьевич. — Тут же отчитался он, — А это супруга моя, Анастасия, и сыновья — Марк, Павел. Батюшка при должности был, жилье казенное… — поручик запнулся. — А оно вон как вышло. Даже могилы нет… Мы не нахлебниками, князь. На службу возьмите.

— Ладно, поручик. Бери пожитки свои. Вон Петр идет, скажи — я велел вас разместить, где свободно.

Лицо супруги Василия озарилось счастливой улыбкой, на глазах блеснули слезы.

— Благодарю за доверие, князь! — сам поручик старался сдерживать эмоции, но голос его все равно дрогнул.

Подхватил мешок, чемодан и шустро двинулся навстречу Петру. Жена с детьми рванули следом.

Я переключился на оставшихся. Крикуны, что удивительно, вдруг примолкли. Буравили меня злыми взглядами, сопели, но не произносили ни слова.

— А что такое? — я вопросительно поднял бровь, — Думал, продолжение концерта последует.

— Они были неправы, ваше сиятельство, — весомо произнес Тимофей. — Господа осознали свою ошибку.

Шинель вахмистра почему-то была расстёгнута, а правая рука лежала на кинжале, который он сунул за пояс.

— Не так ли? — казак повернулся к горластому и лысому.

Те нервно вздрогнули, сделали крохотный шажок назад. Оба.

— Так господин вахмистр им ножиком грозил, — с усмешкой произнесла девушка лет двадцати двух.

Она стояла здесь же, среди «возвращенцев», но я ее точно не видел раньше.

— Не грозил, — мрачно поправил незнакомку Тимоха, — Просто показал. Хотел, чтоб оценили качество клинка. Вежливость, не более. Так ведь, господа?

Казак еще сильнее нахмурился и посмотрел на горластого с лысым. Те часто затрясли головами, как два козла. И на всякий случай еще немного попятились назад.

— Вы двое, — я кивнул обоим бузотёрам, — Вас обратно не возьму. Мне проблемы в коллективе не нужны. Так что можете уходить. Выбор был сделан ещё утром. Каждый из вас решил поискать счастья в одиночку. Вот на этом и остановимся.