Я посмотрел на этого старого еврея с куда более глубоким уважением. Он был не просто барыгой. Он был гениальным кукловодом, который умудрялся выживать на минном поле, стравливая между собой целые преступные синдикаты.
— Соломон Маркович, беру свои слова назад. Вы не рыбешка, а ядовитый скат, — я вернулся в кресло. — Очень рад, что мы пытаемся наладить взаимовыгодные дела. Не хотел бы видеть вас в числе своих врагов.
— Вот и чудненько, — Соломон деловито пододвинул к себе аккуратную горку драгоценностей, которая все это время лежала на столике. — А теперь, князь, давайте вернемся к нашим баранам. У вас есть люди, которых нужно кормить, у меня есть адрес честного китайского купца Ван Ли. И не беспокойтесь… Того, что я отсыплю вам за эти побрякушки, с лихвой хватит, чтобы люди не протянули ноги с голоду. Идемте к кассе.
Глава 11
Буквально через двадцать минут мы вышли на улицу из лавки Соломона Марковича. Морозный воздух ударил в лицо. Но мне на него было плевать. Приятная тяжесть денег грела душу не хуже, чем та самая шуба.
Теперь у меня была местная наличность. Японские иены и увесистые серебряные китайские доллары — «даяны», как их тут называют. С профилем Юань Шикая.
Кэш. Кровь любой экономики. Оборотный капитал, который превращает жалкого беженца в уважаемого гражданина.
Помимо денег, я вынес из кабинета Блауна еще кое-что. Более ценное. Адрес.
Соломон рассказал, как найти нужный нам склад в районе Фуцзядянь, где заправляют китайские коммерсанты. Кроме того, он дал небольшую записку с иероглифами. Сказал, это — что-то типа рекомендательного письма.
— Ну все, Тимоха, — я похлопал по карману. — Пришло время делать инвестиции в инфраструктуру нашего предприятия.
Вахмистр замер рядом со мной. Он зорко оглядывался по сторонам, сканируя улицу. Тут же недовольно покосился на пробежавшего мимо мальчишку.
После того как в моих карманах осел капитал, каждый встречный китаец или русский босяк казался ему потенциальной угрозой.
— Сразу отправимся за провиантом? — спросил Тимоха.
— Конечно. К нашим с пустыми руками возвращаться нельзя. Нам нужно кормить сотню ртов, иначе к утру члены моей «корпорации» начнут митинговать. Голодные люди всегда рвутся заниматься какой-нибудь ерундой. Так… Нам нужен транспорт.
Мы дошли до угла Китайской улицы. Я остановился у края тротуара, поднял руку, щелкнул пальцами. Всем своим видом показывая, что у меня есть деньги, но совершенно нет времени.
Сработало безотказно, прямо как с «бомбилами» у вокзалов в девяностые. Сразу несколько дежуривших неподалеку рикш сорвались с места и наперегонки бросились к нам. Я выбрал двоих, что выглядели покрепче.