Вот и фронт работ. Стол был завален кривыми стопками документов — настоящее кладбище просроченных задач, монумент в честь лени и безразличия Волконского. Документы, заявки, обращения валялись как попало, где что лежит — черт его разберет.

Работать в такой обстановке было… Возможно, но как-то неуютно. Потому это следовало исправить в первую очередь. Внешний порядок помогает навести порядок внутренний. Я снял пальто, аккуратно повесил его на спинку стула и приступил к археологическим раскопкам.

Верхний документ из самой высокой стопки — заявка от МКОУ СОШ №7. Стоило прочитать крупный шрифт, как очередное чужое воспоминание всплыло в теперь уже моей голове.

Запрос на ремонт системы распределения в седьмой школе, вот уже три месяца висевший. Директор почти умолял Волконского ускорить процесс, говорил, что чуть ли не в половине классов освещение работает как Бог пошлет, а в спортзале и вовсе погасло. Волконский же только и делал, что намекал на «благодарность», не подмажешь — не поедет, мол, для ускорения топливо нужно, сами понимаете. Директор, человек, видимо, честный и принципиальный, намека не понял, или сделал вид, что не понял. Вот и полетела заявка в долгий ящик до момента, когда ее необходимо будет рассмотреть. Мразь.

Папка с этой заявкой стала первой в новой стопке, которую я мысленно озаглавил «Срочно/Горит». Сюда пойдет все, что напрямую касалось людей — их безопасности, здоровья, комфорта.

Следующий документ. «Отчет о расходе первичных кристаллов за прошлый квартал». Не подписан. Почему? А, его нужно было сверить с данными из отдела учета, а это на первом этаже, а лень ведь вперед нас родилась, как же с ней совладает маленький двухметровый Волконский? Вот и пришлось отложить отчет «на потом», которое, судя по слою пыли, так и не наступило. Эту бумагу я определил в стопку «На исполнение». То, что сделать нужно, но от промедления никто не пострадает.

И так, документ за документом, разгребались эти авгиевы конюшни. Каждая бумага содержала в себе маленькую историю. Историю о чьей-то проблеме, которую проигнорировали, чьей-то просьбе, на которую наплевали. Чьей-то работе, которую саботировали.

Картина вырисовывалась предельно ясная. Деятельность Волконского состояла из трех основных направлений. Первое — мелкое, трусливое вымогательство. Любая заявка, где можно было надавить и получить «благодарность», рассматривалась. Все остальное саботировалось.

Второе — исполнение прямых обязанностей постольку поскольку, чтобы только не выгнали. Отчеты, сверки, аналитика… Все это требовало усилий, а напрягаться Волконский не любил.