— Справитесь? — спросил я.

Не просто так спросил, как и раньше. Вовлечение такого человека в общее дело, создание у него ощущения участия было важно. Оно мотивировало и воодушевляло. Воодушевленный сотрудник — эффективный сотрудник, да и порадовать хорошего человека само по себе было приятно.

— Да! — ответила она, ни секунды не колеблясь. Каждая деталь вида Марии свидетельствовала об энтузиазме человека, многие годы занимавшегося бессмысленным бумажкоперекладательством, и вдруг получившего возможность сделать что-то по-настоящему важное.

— Отлично. Тогда за дело.

Мария кивнула, подхватила со стола заявку седьмой школы и, развернувшись, почти бегом направилась к выходу.

Вот и первый человек в команде, плюс зацепка на второго. Техник Илья — потенциальное решение наших «полевых» проблем, в то время как Мария — источник информации и мой тыл в плане бумажной возни и бюрократических баталий. Начало отличное, а дальше будем смотреть.

Однако мысли об этом, сколь угодно приятные, полезность имели малую. Стопка «горящих» заявок, что требовала немедленного вмешательства, стала тоньше ровно на один лист, а разобрать ее предстояло всю, и в кратчайшие сроки. Следующей шла жалоба из городской больницы на сбои в работе диагностического оборудования, за ней — рапорт от транспортников о потере мощности на нескольких маршрутах, следом — коллективное письмо от жителей целого квартала на окраине, у которых батареи едва теплились.

Итого имелось более десятка однотипных проблем. «Падение мощности», «нестабильная работа», «периодические отказы». Симптомы разные, а суть одна — сбоящий маготех.

В моем старом мире я бы точно знал, с чего начать. Проверить питание, прозвонить кабели, убедиться в целостности соединений, посмотреть системные логи.

А здесь? Какие тут «логи»? Какие «кабели»? Я не знал даже базовых принципов этой технологии. Память Волконского не отличалась полезностью в этом вопросе — он воспринимал магические технологии как данность. Работает — и ладно, не работает — зови техника. Чисто пользовательский подход, который я не осуждаю, но из-за которого теперь придется постигать техномагические таинства самому.

Слишком сильно смущало, что я понятия не имел, как это все работает. Вроде бы и не должен был, не моя ведь работа, так? Пусть техники разбираются. Но я привык хотя б какое-то представление иметь о том, с чем работаю, какие задачи ставлю людям. Тогда можно было и увидеть ошибку, и понять, о чем речь в отчете, и целесообразность происходящего хоть как-то оценить.

Я мог бы просто «не мешать людям работать», и иногда именно так и следовало поступить. Но если люди работать не захотят и решат схалтурить, я этого проверить не смогу. Волконский этим принципом пользовался, и таких вот «Волконских» на всех уровнях было предостаточно. Илья, если с ним наладится контакт, мог бы мне помочь, но не грузить же его каждым малейшим вопросом.