Но кадровым вопросом тут занимался не он.

Итак, за честные косяки и даже честные же провалы тут могилой не наказывали. Откровенная халтура, с другой стороны, попытки потянуть время, чтобы собрать побольше денежки, и прочее поведение не по совести представляло собой совершенно иной вопрос.

Потому в самых непосредственных интересах командира было убедить вышестоящих, что ничем таким он тут не занимается.

К счастью, он имел, что ответить. Сидеть сложа руки Громов не привык, и определенные подвижки имелись, про что и следовало незамедлительно доложить.

«Пока да, Макс. Работаем, — по-свойски, несколько ворчливо отозвался он. Смотри, мол, нахмурился весь, места себе не нахожу, так за дело душа болит. — Жиртрест залег на дно, но мы его оттуда выуживаем. Нашли в Министерстве подходящего человечка. Мелкий чиновник, но осведомленный».

«И чем он нам полезен?»

«Да мы там по кабинетам как-то ночью прослушку раскидали, и у этого кадра огромный зуб на Волконского…»

«Так, — перебил Соколов. — По кабинетам? И к Волконскому, и к Милорадовичу?»

«Нет, не к этим двум. Черт знает, какие у них там предосторожности».

«Молодец. Осторожнее будь».

«Всегда. Так вот, Волконский тому чинушу кислород перекрыл, мешает схемы крутить и вообще жизнь портит. Мы пересеклись с этим гражданином в кабаке „Горница“. Сделали ему, понимаешь, предложение, от которого невозможно отказаться».

«И что, он сразу пошел на сотрудничество?»

Громов улыбнулся, хоть Соколов того видеть и не мог.

«Еще бы он не пошел!»

Еще бы он не пошел. Громов в жизни немало повидал, и людей убеждать умел. С одной стороны — весьма солидная пачка наличных, способная скрасить горечь любого предательства, тем более когда горечью там и не пахло. С другой — перспектива чужими руками устранить человека, который мешает ему воровать и спокойно досидеть до пенсии.

А с третьей, самой главной стороны… У этого пухлого взяточника, как оказалось, имелась семья. Жена и дочка, которыми он очень дорожил, а также мать еще жива. И в последнее время эти замечательные женщины принимали в своей уютной квартирке пару очень дорогих гостей. Исключительно из глубокого уважения к этим гостям, чиновник теперь готов был землю носом рыть, да и зубами грызть не постеснялся бы, не глядя ни на какие камни. Именно он сейчас аккуратно, не привлекая внимания, собирал по министерским кабинетам крупицы информации о том, где может прятаться Волконский. Больше того, именно он-то и смог сделать то, на что команда Громова не отважилась — занести прослушку в кабинет Милорадовича. Уж если кто и знает, где Волконского найти, то это князь.