Про́клятый оборотень. Чем ближе полная луна, тем больше в их облике проявлялась звериного. Да и не только в облике. Одновременно с тем, как все ярче разгоралось око Духа Ночи, то и вся их натура подвергалась глубокой трансформации.

— Плащи, — раздался сухой, скрипящий, как и петли, голос. — Чем обязаны?

И, не дожидаясь ответа, оборотень запрокинул горлышко бутылки в рот, неприятно звеня клыками по стеклу. По его бороде потекла вязкая жидкость, похожая на что угодно, но не алкоголь. Недаром Аркар предупреждал, что такое пить, если не собираешься ослепнуть, не стоит ни при каких обстоятельствах.

— Гостомор Клавишев, — Милар вышел вперед.

Он держал револьвер и саблю так, чтобы в любой момент иметь возможность выстрелить или рубануть. Так же себя вели и Урский с Эрнсоном.

В воздухе пахло не только спиртом, но и настороженность. И судя по тому, как дергались ноздри оборотня, чувствовал это не только Арди.

— Я бы спросил, как тебя звать, мальчонка, но мне как-то похер, — оборотень снова отхлебнул своего пойла и, оттолкнувшись от двери, молча развернулся и направился внутрь дома.

Дверь он за собой не закрывал.

Милар коротко кивнул в сторону того, что с трудом можно было назвать гостиной. Небольшая комната, где пол покрывали обшарпанные циновки, на стенах висели какие-то черепа и рога аномалий, а в самодельное камине на вертеле томился голубь. Не дикий, лесной, а самый обычный, городской голубь, в котором заразы и червей больше мяса.

Никого из Плащей, в том числе и Арди, это нисколько не проняло. Они видели и не такое.

Гостомор подошел к единственному креслу, пережившему помойку, Фатийскую резню и нескольких Императоров, и плюхнулся в его порванные объятья. Голые, немытые ноги-лапы они показательно закинул на табуретку, не оставив в помещении больше ни единого места, где можно было бы присесть, не боясь заразиться целым букетом болезней, связанных с нарушением правил гигиены.

— Дыши давай, — едва ли не в приказном тоне, прорычал оборотень.

Как и писалось в учебниках, мораль и чувство самосохранение, как и совесть, в последнюю неделю лунного цикла этим созданиям были так же чужды, как рыбам правила дорожного движения Метрополии.

Арди как-то услышал это выражение от Милара и оно ему понравилось.

— Работница Красной Госпожи, — Милар вытащил из нагрудного кармана маленькую, помятую фотокарточку. — Астасья. Попала к вам не так давно.

Оборотень без всякого интереса мазнул желтыми глазами по фотографии и снова опрокинул в себя бутылку.

— К вам это к кому, парнишка? У меня, как ты видишь, бабы нет. Член, как говорится, суше горла, — оборотень вытер губы, а затем смачно набрав горлом слюну, харкнул прямо в камин.