Да… она ведь отличница… её не было на той лекции, когда профессор Ковертский демонстрировал всем Безглазого Водяного, более известного, как Пасть, но легко узнала симптомы химеры, выведенной специально для охоты на Первородных.
Ардан с трудом поднял взгляд вдоль узкой улочки. Там, около Ньювского проспекта, остановилось несколько грузовиков. Из одного из них вытащили клетку с ревущей Пастью, а позади химеры встало с десяток людей, на лбах которых были повязаны белые тряпки с древними символами солнца из религии Старых Богов.
Символ банды Святого Эорда.
Они вскинули на плечи военные винтовки и взвели затворы.
Ардан не знал, есть ли у него голос, но пытался прокричать Борису с Еленой:
—Щиты! Поднимите Щиты! — а сам, сквозь боль и расплывающийся перед собой мир, тянулся к посоху.
Спящие Духи.
Как же тот далеко от него стоял.
Первого выстрела Ардан так и не расслышал.
Глава 20
Будто время вокруг замедлило свою неумолимую, кровавую поступь, Ард, пока тянулся к все отдаляющемуся от него посоху, наблюдал за тем, что происходило вокруг.
Вздернувшие затворы бандиты, с белыми повязками на головах, вдавили спусковые крючки. Ардан вживую видел, как дрогнули их винтовки, из которых медленно, неспешно, напоминая пролитые в воду чернила, вытекала огненная струя. Она постепенно набухала, расширялась, а затем сквозь её алые облака вылетала юркая, свистящая, свинцовая пчела. Крылья её заменяло серое, пороховое облако.
Дюжина винтовок грохнула в нестройном хоре громовых голосов.
Кто-то из первых рядов улицы успел отреагировать и рухнуть на землю, утягивая за собой спутниц.
Им это не помогло.
Пули, на фарфоровые щепки разбивая посуду, буквально рассекая, как ножи, тонкие спинки и ножки стульев, впивались в тела людей. Те открывали рты в беззвучных криках. Медленно, неторопливо, будто бы у них не отрывало пальцы, не стесывало начисто скулы, оставляя в воздухе уродливые мосты из окровавленных зубов; не сбривало часть скальпа, разбрасывая по земле серую субстанцию.
Люди падали, инстинктивно вскидывали руки, чтобы защититься от угрозы, но это им не помогало.
А бандиты начали двигаться вперед. Разделившись на тройки, спокойно и безэмоционально передергивая затворы, они шли вниз по улице, а когда достигли края, за которым начиналось кровавое месиво, то первая тройка опустилась на колени, вторая тройка вскинула ружья над их головами, а последние шесть развернулись к Ньювскому проспекту.
Пули отскакивали от стен, разбивали стекла, опрокидывали не успевших скрыться в зданиях официантов и посетителей.
Где-то закричал ребенок.