Почти все тлашкаланцы уже были перебиты, воины цветов тоже не обошлись без потерь, но это были боевые потери, потери славные, ведь принять случайную и внезапную смерть от руки врагов — совсем не то, что умереть на жертвеннике.
Здесь, на опушке, сражение подходило к концу — быстро, очень быстро. И то же самое происходило за лесом, где возбужденный неудержимым азартом погони отряд преследовал быстроногих ацтекских подростков во главе с охотником Сипаком, прекрасно знавшим все эти места.
Да, тлашкаланцы успели скрутить на ходу одного, другого, третьего. Оставили под деревьями — потом отдать жрецам — и продолжали погоню. Ах, сколько пленных! Сколько рабов, жертв… Воистину, боги будут довольны. А иначе просто не могло быть — на то и война цветов.
Быстрее, быстрее… Еще быстрее!
Тлашкаланцы радостно переглядывались — похоже, уже можно было не торопиться. Куда они денутся-то, эти бегущие дети? Некуда. Там, впереди, болото.
Да, впереди было болото, и Сипак верил, что ведомые им подростки в пылу поспешного бегства вовсе не позабыли показанной им схемы, которую должны были заучить наизусть. Сипак надеялся, что заучили. Ну, и сам, конечно, поглядывал — не без этого.
У самой трясины задержался, дернул бегущего за локоть:
— Во-он по той тропке, между корней! Быстро! Только очень и очень быстро.
О, охотник прекрасно знал, почему нужно было спешить!
Но этого вовсе не ведали тлашкаланцы. Увидели болото, тропинку, несущихся по ней юношей… И засмеялись, презрительно захохотали — поистине, страх лишил этих детишек разума! Ну куда же они, куда? Там же нет выхода, ну разве что утопиться в трясине. Или — вверх по заросшему колючими кустами холму, но это долго. Нет, беглецам не уйти!
Теперь уже не очень спеша, тлашкаланцы вальяжно, перейдя с бега на быстрый воинский шаг, пошли по тропе, петляющей между корней деревьев…
И были тут же атакованы болотными змеями! Разъяренными ядовитыми гадинами, чей покой был только что нарушен быстроногими ацтекскими юношами. Ацтеки-то успели убежать, а вот их враги…
Вскрикнув, повалился в трясину один, второй, третий… О, змей здесь было много, очень много, настоящее змеиное царство. Они выползали из-под корней, лианами свисали с деревьев, везде слышалось омерзительное шипение, сулившее мучительную и скорую смерть.
Побледневшие противники — те, кому повезло уцелеть, — немедленно повернули обратно… И были встречены градом ацтекских стрел.
Да, засада удалась на славу!
Да и вообще…
Почти все тлашкаланцы погибли, мало кому удалось спастись, ведь воины цветов вовсе не старались умилостивить богов и не брали пленных. Покончив с основными силами врага, ацтеки наконец добрались до жрецов, до жертвенников, до гнусных каменных истуканов с щедро вымазанными человеческой кровью губами.