Народ загомонил, а я, прочитав список возможных лауреаток, уже принял решение. Гениальное, как всегда.
— Оля, а вы замужем? — спросил я.
— Ольга Михайловна! — поправила меня пессимистка. — Не замужем, где найти нормального? Ты вот мал ещё!
Сказав такую глупость, она оглянулась, но никто из мужской части жюри её мнение не поддерживал.
— Оля, и не найдете, в мужчину надо верить, а вы сразу диагноз ставите! — наставительно сказал я и, не дав возможности начаться спору, продолжил: — Да, все пятеро имеют одинаковые баллы, поэтому предлагаю поступить, руководствуясь демократическими советскими принципами, то есть учесть мнение народа. У нас было голосование среди зрителей. Посмотрим, кто набрал больше всех баллов — та и будет победительницей.
— Что я говорил? Мне ещё Овечкин сказал, что голова у парня работает как часы! — похвалился собой (или мной) горисполкомовец.
Собой, скорее всего, смотрят-то с уважением не на меня.
Разговорчивый он сегодня. Тоже датый, что ли?
— Нет списков, — трагически произносит Годенко. — Мы как победительницу определили, протокол составили, так и забыли про них!
— У меня есть, сейчас в кабинет схожу только, — говорю я.
— Давай, давай, начало скоро, — торопит Оля.
— Без меня не начинать, — громко кричу ведущему — красивому молодому парню, актеру местного ТЮЗа.
Можно было и не ходить, но я сходил для отмазки. Обладательница приза «Миссис Красноярска» уже определилась (а ведь уверен был, что сменят название номинации!). Ей будет … Мыскина Вера Игнатьевна! Разводится? Так замужем же пока официально! Сколько она там баллов набрала? Двадцать четыре! А у первого места девяносто девять! Рисую единичку перед двойкой, и рука не дрогнула у меня.
Вернулся, отдал списки, проголосовали, теперь у нас две призёрки уже есть!
Начался конкурс. Выступают участницы, ставим оценки, каждый к себе в блокнот, но комментировать-то можно.
— Эта девушка получит приз «Зрительских симпатий», она с большим отрывом победила в голосовании, — как бы между прочим говорю я, когда Людмилка выходит на сцену.
— Да я заметил её, отличные данные даже для нашего ансамбля, — поддерживает меня Годенко.
Само собой, и Илья, и его товарищ с «Красмаша» ставят десятки. Астафьев, надеюсь, тоже, а вот моя соседка слева, студентка, вижу краем глаза, ставит единицу! И это по десятибалльной шкале!
— Маша, а за что вы единицу девушке поставили? — громко спросил я после выступления.
— Единицу? Да она призёрка края по гимнастике на коне, среди юниорок, конечно, и танец у неё отличный. Необычный — да, но красивый. Маша, у вас к ней личные счеты? — вдруг поддержала меня Ольга, которая, как выяснилось, знала Людмилу.