— Мутон, наверное, — отвечает тётя Нина.
— Ну уж и мутон! Оленья теплее! Или медвежья, — авторитетно спорит с ней дядя Юра.
Атмосфера почти семейная, тем неожиданнее оказался наезд на меня бати на балконе, во время перекура. Он курил, а я мёрз.
— Я вижу, дочка к тебе неровно дышит, но ты ещё молодой, а ей учиться надо. Ей — четыре года, тебе — два, плюс два года армии. Так что, не торопитесь нас дедом с бабкой делать! Знаю, что молодой ты, но спрошу, как со взрослого!
Даже за рубашку схватил меня!
— Юрий Григорьевич, — легко отдираю руку я, заламывая кисть мужику, — разберусь без советчиков. Будут у нас чувства — тебя не спросим о том, делать нам детей или подождать. Сам когда родил дочу?
— Да у нас другая ситуация была! — бухой дядя и не думает обижаться на применение силы. — Тебе служить ещё два года, сейчас всех грести начали. Я, конечно, могу тебя отмазать, но не здесь, а у нас в Норильске. Так что, если поженитесь — жить придётся у нас в Сибири, и даже не в Красноярске, а на самом севере края, а это не одно и то же. А ты парень южный, и к тому же здесь нужный. Уважают тебя, вижу, и доверяют. Успешное будущее тебя ждет.
— Ситуация всегда одна и та же. Вы молодой были, мы — молодые. А насчет армии? Я вообще после зоналки думал поступать или в высшую партийную школу в Москве или туда, где есть военная кафедра. Например, МФТИ, — поясняю я. — А что, реально в Норильске можете помочь?
— Я там всё могу, мне такие люди должны, — хмыкает дядя Юра. — Но это или дочке бросать университет и с тобой ехать, или вам отдельно жить. А в армию до двадцати семи лет берут, школу ты закончишь в девятнадцать. Вот и думай!
— Отменят скоро призыв студентов, году так в восемьдесят девятом, — зачем-то вдруг пророчествую я.
Тоже уже пьяный, что ли?
— Не отменят, в Афгане целая армия у нас, не хватает солдат, — уверенно говорит батя. — Да и откуда ты знаешь-то?
— Из Афгана тоже выведут войска, причем, ещё раньше, — прикидываю я, как соврать про источник информации?
— Брехня! — отрезал батя. — Кто б тебе, салаге, сказал про такое. Я не слышал.
— У нас в школе училась племянница Горбачева, мы с ней дружили. Светлана Аюкасова. Вчера с ней по телефону разговаривал, — только это — секрет, и на меня не ссылайтесь — отопрусь, — решаю первый раз соврать я.
— Не преувеличиваешь? — по-матерному перефразировал эти слова батя Люды, как-то трезво на меня взглянув.
— Нет! Только вам и сказал. В ноябре будет встреча Горбачева с Рейганом. Дядь Юр, она мне ляпнула, а может это секрет, ты никому не говори, — серьёзно прошу я.