Пока шёл от остановки был трижды остановлен. Дважды мне пожали руку, один раз даже расцеловали. Да, я уже был когда-то на страницах «Комсомольской правды», но это так, дела москвичей, а тут местная газета и её читают внимательнее. Статья отличная получилась, и про инициативу и про необычные деревья. Надо спасибо, кстати, сказать корреспонденту.
— Я слово новое придумал! Уникальное! «Контрвзбзднуть»! Тут подряд девять согласных! — озадачил меня этот самый корреспондент прямо на входе в горком.
Оказывается, он ждал меня специально, чтобы взять интервью. Журналистом был молодой парень по имени Дима Горбачев.
— Это много? — осторожно спросил я, пытаясь вытащить рукав пиджака из его цепкого захвата.
— Больше не бывает, — заверила меня восторженная акула пера.
Интервью пришлось дать, и не только мне, а всем из нашей орггруппы. Откосить удалось только Ирке, она была на выезде.
На этой неделе хотелось закончить с подготовкой к конкурсу «Комсомольская красавица». Эта затея мне уже не нравилась. Энтузиазм женской части нашей группы зашкаливал, и не в ту сторону, куда хотел я. Мне все представлялось по-другому, но пришлось уступить коллективному женскому разуму в части отборочных соревнований, зато мне отдали на откуп финал. Я не желал, чтобы конкурс был очередным «А ну-ка, девушки», а хотел нового чего-то.
«Критериями отбора участниц Конкурса являются: возраст от шестнадцати лет на отборочном этапе и от восемнадцати лет в финале, политическая грамотность, знание истории ВЛКСМ, сценическая культура, умение общаться с аудиторией, коммуникабельность, знание этикета, чувство юмора, грация, привлекательные внешние данные, интеллектуальные и творческие способности, артистическое мастерство».
Вот что у нас в итоге родилось.
К концу недели меня пригласили к нашему первому. Надо сказать, видел я его всего пару раз, близко мы с ним не общались, он человек новый, назначен две недели назад. По слухам — мировой мужик.
Это был дядя лет тридцати пяти по фамилии Овечкин, близорукий, так как носил очки обычно. Ну, новый и новый. Наверное, желает узнать из первых рук как проходит подготовка. Мои предположения оказались неверными. Кроме Овечкина, в кабинете находились ещё два человека — зав отделом пропаганды и агитации Комлев и зав сектором учёта Циркин.
— Садись, Анатолий, — предложил мне первый. — Ну как дела, рассказывай.
— Конкретно или вообще? — уточнил я.
— В целом как работа по подготовке к празднованию идёт? Нормально? Спортивные дела твои как? — уточнил Овечкин.
Парочка его гостей молчала. Мне нетрудно. Говорить я и раньше умел, а сейчас вообще гладко выходит.