От неожиданности я хватаюсь обеими руками за мощные широкие плечи, чтобы, не дай бог, не упасть к ногам соблазняющего меня мужчины. Смелею с каждой секундой, прижимаясь к словно выточенному из камня телу, и охотно пробую на вкус жаркие губы, чувствуя на языке аромат мяты и шоколада. Я спокойно реагирую на чужие пальцы, отодвигающие край кофты и требовательно скользящие вдоль поясницы, и даже хрипловато постанываю, потому что происходящее вызывает у моего тела бурный энтузиазм, от которого я, признаться, как-то отвыкла.

А потом я вспоминаю, что в объятьях меня держит никто иной как мой несносный сосед. Легкомысленный ловелас и порядочный бабник, пассии у которого меняются быстрее, чем у меня туалетная бумага в ванной. И я, уж точно, не хочу стать пятьсот двадцать седьмой в списке его блестящих побед.

Так что я осторожно касаюсь тумбочки, нащупывая взятый накануне в библиотеке учебник с не прозаичным названием «Принципы корпоративных финансов», и с садистским удовлетворением опускаю его Филатову на голову. Справедливо решаю, что одного удара фолиантом в более чем тысяча страниц достаточно, и, почувствовав, что хватка на бедрах ослабла, стратегически отступаю вглубь хорошо освещенного коридора.

— Больно же, — жалуется Иван, бережно потирая ушибленный затылок, и шагает мне навстречу, как будто жизнь и «Финансы и кредит» в моей руке его ничему не научили.

— Если ты! Еще раз, — для пущей убедительности снова замахиваюсь внушительным пособием, надеясь-таки вразумить нарушителя личных границ.

— Понял, принял, осознал. Больше не буду, — Ванька выбрасывает белый флаг, примирительно улыбаясь, а потом одним махом уничтожает весь эффект, которого только что добился. — Или буду?

— Фила-а-атов! — игнорируя мой крик, плавно переходящий в ультразвук, парень сокращает разделяющее нас расстояние и, бесцеремонно выцарапав из моих пальцев учебник, прячет его за спину.

— Расслабься, Кнопка. Считай, что это был просто эксперимент. И вообще, давай мириться.

— М?

— Я перестаю макать тебя в краску, ты больше не подсовываешь мне под дверь селедку, и сосуществуем мы спокойно и мирно, как подобает нормальным соседям. Которые просят друг друга полить цветы…

— У меня нет цветов, — поправляю Ивана, умалчивая о том, что под моим заботливым присмотром дохнут даже кактусы, а гибискус тети Ники пал смертью храбрых пару дней назад, так и не получив причитающейся ему порции воды.

— Кормить кошек на время отъезда…

— У меня нет кошек, — неопределенно пожимаю плечами, поправляя край съехавшей кофты, и не удерживаюсь от короткого ехидного смешка.