Голос низкий, чуть хриплый, с ленцой. Так звучит человек, который никогда никуда не торопится и не повышает голос.
У меня бегут мурашки по рукам, и я поджимаю губы. Ненавижу реакции тела, которые невозможно ни спрятать, ни контролировать.
— Доброе, — отвечаю и иду дальше, к арке.
— Тебе стоило испугаться.
Я останавливаюсь. Оборачиваюсь.
Он смотрит на меня поверх стакана, и на его лице всё та же ухмылка.
— Того, что ты… — начинаю я и сама не знаю зачем.
— Заметил тебя. Когда мыл руки, — заканчивает он. — Да. А ты курила. И сигарету держала между средним и безымянным. Необычно.
Он заметил, как я держу сигарету. Не просто увидел, а изучил и запомнил. В три часа ночи, в темноте, через пятнадцать метров.
— Тебя не беспокоит, что я видела? — спрашиваю я ровно, и это единственное, чем я могу гордиться в это утро.
Он отпивает кофе. Медленно. Смотрит на меня поверх крышки.
— А тебя не беспокоит, что ты не позвонила в полицию?
Я открываю рот. Закрываю. Он прав. Почему я не позвонила?
— Я не знаю, что именно видела.
Он встаёт, и оказывается выше, чем казался через окно, метр восемьдесят пять, может, больше. Делает шаг ко мне, но не подходит близко, останавливается в полутора метрах, и полтора метра с ним ощущаются как вторжение.
— Верно. Вдруг это была краска? Или томатный сок. Или я убил человека и расчленил труп в своей квартире...
Я сглатываю, и он замечает это, и уголок его рта удовлетворённо дергается вверх.
— Я Эльдар. Но все зовут Эл.
Он не протягивает руку. Просто стоит и ждёт.
— Алёна.
— Алёна, — повторяет он, и моё имя в его голосе звучит иначе, медленнее и тяжелее, как будто он пробует его на вкус. — Не опаздывай на работу, Алёна. И старайся не пялиться в чужие окна, когда куришь ночью. Мало ли, что ещё можно увидеть.
Он проходит так близко, что я чувствую тепло его тела плечом, и идёт к своему подъезду. Я смотрю ему в спину: чёрная футболка, джинсы, тяжёлые ботинки, и на секунду ветер поднимает ткань, и открывается полоска загорелой кожи над поясом с краем ещё одной татуировки.
Он не оборачивается. И он точно знает, что я пялюсь. Ненормальная.
Я иду к метро и думаю: я не позвонила в полицию не потому, что растерялась. Я не позвонила, потому что мне не было страшно.
А вот это уже звоночек. Эта мысль пугает по-настоящему.
Глава 4. Редакция
Алёна
«Вестник» — интернет-издание про городскую культуру, затерянное на четвёртом этаже бизнес-центра у Курской. Стеклянные стены, кофемашина, работающая через раз, и главред Вика, которая выглядит как человек, способный убить взглядом.
— Ты наш новый автор лонгридов и имеешь право знать, — сообщает она, не отрываясь от экрана. — Предыдущий уволился, потому что выгорел. Будь добра, не повторяй его участь.