— Пусти. Я просто всеку ему разок.

Еще секунду я смотрел в глаза Жене. В них все еще пульсировала ярость, но сила ее явно поутихла. Обернувшись, я взглянул и на Фиму. Еще миг назад напружинившийся чтобы защищаться, теперь Ефим застыл. Медленно опустил руки, потом плечи. Наконец, он отвел глаза.

Не сказав ни слова, я просто отступил, отошел в сторону, давая Жене проход.

На мгновение они застыли друг напротив друга. Потом Женя сплюнул, выругался матом и просто вышел из комнаты.

Как только Корзун исчез в дверном проеме, Фима размяк. Он медленно опустился на матрас, сел, оперся лбом о ладонь.

— Женя прав, — вдруг сказал он. — Я накликал беду на всех. Но разве мог я поступить иначе? Разве кто-нибудь из нас поступил бы иначе? Дело касалось Маши. Разве ж я не прав?..

— Думаю, каждый защищал бы своих в такой ситуации, — обернувшись, согласился я. — Но ты, Фима, сделал глупость и правда навел на нас беду.

— Хочешь, побей меня, — сказал он, понурив голову.

— А толкну? — Я глянул на Фиму. — То, что ты сделал, уже не воротишь. Будем выкручиваться.

— А Женя?..

— Остынет. Еще Степаныч не знает. Уж он-то прописочит тебя по первое число. Еще будешь просить, чтоб Женя вместо этого тебе рожу набил.

— И что же делать? Что же мне делать, Витя? — Фима поднял на меня Фима блестящие молодые глаза.

— Для начала все рассказать, — я приблизился, сел перед ним на корточки. — Ты упомянул, что видел нескольких авторитетов, так?

— Так.

— Но погибли только двое? А остальные?

— Был еще один, — вспомнил Фима. — Я не знаю, кто это. Но он подогнал буханку и стал выносить наркоту из гаража, грузить ее в машину. Потом все уехали.

— Хм… — Я задумался. — в Черемушенской ОПГ разлад. Кулым против наркотиков. А ты взорвал Сливу — одного из тех, кто мечтает торговать герычем в городе. Вот только что Слива там делал? Приехал лично проследить за тем, как перевезут наркоту? Вряд ли. Не по чину дело. Да и кто будет заниматься наркотой сразу после покушения? Если все так, как ты говоришь, то это было похоже на грабеж. Что, если Слива приехал на сделку, которая пошла не по плану. Прошла не по плану, из-за тебя, Фима.

— О чем это ты, Витя? — Удивился он.

— Слышал такую поговорку: враг моего врага — мой друг?

— Ну, — Он кивнул.

— Ну вот. Во всей этой заварушке мы точно не враги Кулыму. У него есть другие. Так мы и вырулим из всего этого дерьма.

* * *

Стоянка ресторана Павлин. Тем же вечером.

— Ну что ты, Кулым? — Седой поправил шарф. — Мож зайдем ко мне? Коньячка выпьем? Сливу помянем.

— Я к тебе по делу приехал, — сказал Кулым

Авторитеты встретились на стоянке у Павлина, ресторана, принадлежащего Седому. Кулым совсем не удивился, что как только он вышел из машины, Седой был уже тут как тут и ждал его у входа, встречал лично. Кажется, ему быстро сообщили о визите старого авторитета, и решил встретить его сам, чтобы направить разговор в правильное русло, перехватить, так сказать, инициативу, чтобы не быть застигнутым врасплох. Кулым не собирался отдавать эту инициативу в чужие руки.