— Ну? Вот о чем я и говорю! Зря Костлявый полез!

— Слышь, Каштан, ты чего кипишь разводишь? Сиди себе спокойно, скоро приедут. Ща все выгорит, бабла подымим.

— Ну. Прикинь, ща эту тему замутим, так тут же из грязи в князи. Я уже зае#ался ларьки трясти. У хмурую рожу того фраерка, ну что с Казачка магазина, уже видеть не могу. Как за бабками не приду, все ноет он, ну в натуре, как баба.

— Да говорю вам, зря мы полезли в город. Там Черемушенские, Мясуховские сидят. Армяне, в конце концов. Как бы нам на горячие ни дали.

— Каштан, ты че, будь спок. Ссышь, что ли?

— Ага. Такая тема, а ты развонялся.

— Я за шкуры наши переживаю. Че, непонятно?

— Слышь, Каштан. Ты б лучше думал, как по кайфу будет в город перебраться, когда с этой охранной конторой выгорит. Бабла станет, хоть жопой жуй. Народ к нам потянется.

— Ага. Будешь городских телок лапать и ходить в рестораны. Вот поставит Костлявый меня замначальника, я тебя своим замом сделаю. Ты только не ной.

— Слышь, Борзый, а чего тебя замначальником? Костлявый говорил, что меня поставит замом.

— Закатай губу, Гена. Какой из тебя замначальника? Да ты даже бабки плохо считаешь, а в начальники метишь.

— А начерта мне в охранке бабки считать? Я с пушки метко стреляю.

— Ну так замначальника с пушки не стреляет. Другими, серьезными делами занимается. Да и ваще, кто, мля, тебе сказал, что ты будешь замначальника?

— А тебе?

— Так сам Костлявый.

— Да брешишь ты все. Прекращай клей нюхать, а то еще чего-нибудь себе нафантазируешь.

— Какой клей, че свистишь?

— Че, думал, я не знаю?

— Да иди ты к чертовой матери. Если не веришь, сам у Костлявого спроси.

— Угу. Вот щас приедет, и поинтересуемся.

Устав слушать их дурацкую перебранку, я медленно опустился, по-пластунски полез под днищем газона. Скрытый в тенях задних колес, стал осматриваться и наконец, увидел нужный мне контейнер.

Высокий и продолговатый, он покоился в тени, у ремонтных боксов. Да только чтобы туда добраться, мне придется как-то преодолеть эту троицу бандитов. Путь лежал через весь двор МСТ.

Я стал думать, что делать, осматриваться дальше. Заметил, что газон стоял на подпорках. Деревянными клинышками ему заперли задние и передние колеса, чтобы машина не скатилась с горки прямо к выезду.

Присмотревшись, я понял, что если освободить тяжелый остов самосвала, задним правым колесом он угодит прямо в пятерку. Тогда я пролез немного дальше и попытался пошевелить клинья под передним колесом. Они поддались, и я аккуратно убрал их, также просто освободил и правое заднее колесо.

— Ну, правда, пацаны, долго его нету, — продолжал причитать тем временем Каштан. — Времени уже три часа прошло. А до города, так-то, всего минут пятнадцать пути.