Великоватый ему костюм с отливом потешно болтался на узких плечах главы, рукава закрывали мужчине ладони чуть не наполовину.
— Подполковник милиции Карим Хизирович Тургулаев! — Торжественно огласил глава.
Заинтересовавшись словами главы, я поднял взгляд на сцену. Тургулаев, в парадном кителе, вышел на пьедестал, торжественно поздоровался со всеми депутатами, пожал руку главе. Приблизился к стоячему микрофону у края сцены. Поздоровавшись с многочисленными зрителями, Тургулаев начал:
— Уверен, многие слышали о том, что в прошлом месяце, в пределах района, РУОП, при поддержке внутренней военной разведки и милиции города Армавира и Новокубанского района, предотвратил серьезное преступление — передачу российского оружия чеченским боевикам.
Я хмыкнул. Видимо, Тургулаев не был мастаком толкать речи со сцены. Говорил он командным, строгим голосом, будто бы крича на своих подчиненных. Я даже заметил, как изменились выражения на лицах первого ряда слушателей. Они стали какими-то нарочито серьезными и даже испуганными.
— Взято множество образцов стрелкового оружия разных типов и патроны к ним. Изъяты гранаты, взрывные устройства армейского образца, противопехотные мины и гранатометы. Виновные в совершении такого тяжкого преступления будут наказаны по всей строгости закона. Доблестные офицеры и милиционеры рисковали жизнью, чтобы предотвратить незаконные действия злоумышленников. Однако, не только они. Гражданские лица тоже сыграли свою роль, выполнили свой гражданский долг. А один из них отличился настолько, что можно смело сказать: без него операция не увенчалась бы успехом. Виктор Иванович Летов, пожалуйста, поднимитесь на сцену. Ваш вклад в дело борьбы с преступностью заслуживает награды.
Глава 3
— Это что, он о тебе? — Удивленно спросила Марина, под звук аплодисментов.
— Обо мне, — улыбнулся я.
— Значит, все, что было, эти твои ночные похождения, это не как обычно, не с бандитами? Ты помогал милиции?
— Помогал, Марин, — я встал.
— Ну… Ну тогда иди… — Марина посмотрела на меня снизу вверх полными радости и гордости глазами.
Я кивнул и отправился на сцену. Когда быстро забрался по ступенькам, Тургулаев приблизился ко мне. Пожал руку.
— Я же говорил, что замолвлю за тебя словечко перед начальством, — сказал он с улыбкой.
— Да не надо было. Главного мы добились. А вот это вот все, — я обвел взглядом зал. — Вся эта минута славы — это так, шелуха.
— Это признание, — не согласился Тургулаев.
Глава города, в окружении депутатов тоже поспешили подойти к нам с Тургулаевым. Пожал мне руку.