— Кончай брехать, — проговорил я холодно. — Кинешься — эта ссаная зубочистка тебе не поможет, понял?
— Не, Витя… теперь ты знаешь, что черемушкинские против своего же авторитета идут. — покачал Бубен головой. — Если я тебя вместе с Кулымом отпущу, меня прикончат. По кусочкам, как сало, строгать будут.
Видя, что Бубен очкует, я наградил его свинцовым взглядом и сел в машину. Потянулся к немного вывернутой двери, чтобы попробовать ее захлопнуть.
Бубен все же бросился. Он кинулся на меня с ножом, пытаясь зарезать. Я опередил бандита. Дал ему в рожу, когда тот заглянул в салон, и Бубен, спотыкнувшись, упал, ударился подбородком о ступеньку машины. А потом я приложил его дверью так, что хрустнуло. Бандит свалился под машину, выронив нож.
Шелестов, наблюдавший за всем этим, смотрел на Бубна с ошалелыми глазами. Я глянул на Андрея исподлобья, и тот испуганно отступил. Его широкий кадык дернулся на горле, когда Шелестов сглотнул слюну.
С трудом захлопнув дверь, я завел двигатель и дал газу.
— Каталку! Каталку сюда, быстро! — Кричал полноватый дежурный врач, махая руками медбратьям, торопливо сходившим по ступенькам больницы.
Те, услышав его приказ, тут же бросились обратно к входу.
— Как давно его ранили? — Осматривая зрачки Кулыма, спросил врач.
— Минут двадцать назад, — сказал я.
— Сразу сознание потерял?
— Почти.
— Плохо, — покачал головой он. — Очень плохо. Пульс слабый. Надо срочно в реанимацию. Скорее всего, внутренние органы травмированы.
Когда подоспела каталка, я помог медбратьям погрузить на нее Кулыма. Они торопливо покатили раненого старика к полозьям железного и крутого пандуса, тянувшегося вверх по ступеням.
Я быстро пошел следом.
— А, зараза! — Крикнул врач, когда мы попали в широкий больничный зал. — У него сердце остановилось! Скорее, в реанимацию!
Глава 22
Я пощупал перемотанную голову. Поморщился от боли в черепе. Когда в пустом больничном коридоре раздалось эхо шагов, я обернулся на звук.
Полноватый дежурный врач торопливо шел ко мне. Он выглядел напряженным. Реденькие, но ярко выделявшиеся на красноватом лице брови, он свел к переносице.
Врач приблизился, и я встал со скамейки.
— Вы смогли позвонить кому-нибудь из его родни? — Спросил врач. — Я думаю, при данных обстоятельствах, лучше, чтобы они знали.
— Нет, — спрятал я в карман свой сотовый телефон. Все, кому я мог бы позвонить, вне зоны.
— В двух квартирах есть таксофон… — Начал было врач.
— Я знаю только один номер сотового. Номер его внучки. Ее телефон вне зоны покрытия.
Врач опустил взгляд. Грустно покивал.
— Что с ним? — Спросил я.