* * *

Отчеты Марина дописала через пень-колоду, накопировав ерунды из прошлогодних — все равно никто читать не будет, а сверять — тем более. Экстренная ситуация резко излечила ее от врожденной педантичности, и отчеты были распечатаны без проверки, криво-косо.

Важность Марининой работы, и раньше оценивавшаяся девушкой невысоко, вдруг упала до нуля. Где-то там, в другом мире, ребята картошку печь не умеют, сменной одежды не имеют, а она тут должна сочинять анализы мифических контрольных срезов по музыке. Контрольных. По МУЗЫКЕ.

Марина даже не стала смотреть, насколько страшно съехали строчки и не замялся ли где уголок — телефон звонил безостановочно, менялись только номера. Она не отвечала на звонки, читая только сообщения, да и то не все. И если рано утром, прибывая в этот мир, девушка еще сомневалась, стоит ли все менять, то сейчас последние сомнения отпали.

Завуч требовала отчетов, директор требовала объяснительную, банк требовал внести просроченный платеж. Все они грозились, все полыхали праведным гневом. Звонили классные руководители, чьим «отличникам» Марина поставила «четыре» в четверти, звонили родители этих «отличников», звонили какие-то неизвестные номера — то ли те самые блогеры, то ли полиция.

Складывалось такое ощущение, что Марина не пропала на день против своей воли, а весь этот день и немного больше злонамеренно портила людям жизнь. Ни один человек (кроме сестры и одной коллеги, которые не считаются) не обеспокоился тем, что она пропала почти на двое суток. Никто не ждал ее здесь, не скучал и не переживал, никто не обрадовался возвращению. И при этом она всем была нужна так, что аж телефон разрывался.

— Выходит, я все это время была просто девочкой на побегушках, — сказала Марина отражению, замерев на секунду перед зеркалом в прихожей с пачкой бумаг в руках. — Сестра и коллега советской закалки — вот все, кто меня потерял.

«И заметь — твое возвращение принесло им не счастье, а только облегчение», — садистски уточнил внутренний голос.

«Я просто слишком мало отсутствовала, — тут же принялась по привычке давать отпор невидимому собеседнику Марина. — Вот если б я на месяц пропала…»

«… то по тебе бы „соскучилась“ еще платежка за коммуналку и цветы в подъезде, которые ты поливаешь, — фыркнул внутренний голос. — Признай: в этом мире ты крупно облажалась как личность, ничего не достигнув к своим тридцати годам».

«Я хороший специалист», — возразила Марина, чувствуя, что выдает желаемое за действительное.

«Во-первых, это не правда, — тут же откликнулся все про нее знающий внутренний голос. — Ты всегда была, есть и будешь середнячком. А во-вторых, в современной школе не нужен хороший специалист. Здесь нужен талантливый менеджер, который оставит довольными и учеников, и родителей, и министерство. А „шаришь“ ты в своем предмете или нет, можешь ли сделать из придурка личность — на это всем насрать. Я тебе больше скажу: государству не выгодно, чтобы слишком много детей вырастало сообразительными».