— Девочки, наберите цветов, которые до вечера не завянут, — попросила Марина. — И чего-нибудь, чем можно волосы украсить. Или руки. Или… Что вообще у вас есть из самодельных украшений?

Девчонки переглянулись, и их лица осветились азартными улыбками.

«Прости, Леам, но раз на аристократа ты не тянешь, мы пойдем другим путем», — подумала Марина, закатывая рукава.

…

Час спустя Леам стоял посреди двора, отделанный под хиппи. Обтрепанные манжеты его старой рубахи завернули несколько раз, чтоб не видно было. Худые запястья украсили деревянными и травяными браслетами. На шею, чтобы отвлечь внимание от драного воротника, повесили амулет из ярких птичьих перьев. Наконец-то толком отмытые волосы парня девчонки заплели и украсили цветами.

Поначалу Леам сопротивлялся, как мог. Особенно, когда вернувшиеся из леса магики принялись ржать над происходящим. Но постепенно объем изменений достиг критической массы, и эльф перестал напоминать парня, попавшего в руки маленьких девочек. Он попросту превратился в какого-то друида или шамана, обвешенного амулетами, травами, шишками и прочими дарами леса.

— Ну, вот как-то так, — Марина охлопала ладони от пудры и румян. Она отошла назад и оглядела свою работу. Чуть подкрашенный, Леам стал выглядеть ярче, как и положено сценическому артисту. Лицо стало выразительным и на редкость симпатичным. Только чуток женственным, но при таком наряде это было не критично.

— А обувь? — спросил Крис, ткнув пальцем в закатанные до колена льняные брюки друга.

— Мы не нашли ничего подходящего, — расстроенно сообщили девочки.

— Пусть идет босиком, — кивнула Марина. — Теперь это вполне оправданно и естественно.

— А можно я до зеркала схожу? — попросил Леам, глядя на офигевшие лица друзей и слушая их угорающие комментарии.

— Лучше не надо, — посоветовал ему Шерман. — Иди сразу к центральному корпусу. Тем более, скоро начало.

— Ты, главное, сделай одухотворенное лицо, — посоветовал Крис с чертинкой во взгляде. — Ну, будто ты грибочками обожрался и кайф словил.

— И улыбайся, улыбайся побольше, — добавил с ехидцей Персик, сверкая клыками. — Психам все простительно.

Ребята переглянулись и глумливо заржали.

— Марина Игоревна! — трагично сдвинув брови, обернулся к учителю Леам. — Может, не надо?

— Ты сам подписался, — напомнила она. — Давай. Show must go on. В смысле, не опускай голову. То, что нельзя дотянуть до нормы, надо подавать, как нечто особо привлекательное, чтобы норма перевернулась с ног на голову.

— Что? — не понял Леам.

— Не обращай внимания, — отмахнулась Марина. — Все продумано. Просто улыбайся. Дамам в особенности. И ресничками хлопай. Реснички у тебя теперь — отпад. Девочки, где сумка?