А вон оно как всё получилось…

Не знаю каким образом, но я всё же сумела уснуть с мыслями о возможной отсрочке оплаты, и снились мне странные сны о моём мире, правда, на утро всё сразу выветрилось. А все потому что, едва я открыла глаза, обнаружила нависающую надо мной Лексу, которая разглядывала меня с любопытством учёного. И хорошо, что нервы у меня крепкие, а то сердце бы точно встало.

— Что такое?

— Вы же были в другой сорочке, — недоумевала она, и тогда я тоже посмотрела на себя.

Я снова была одета, но девушка оказалась права – сорочка на мне красовалась другая. Шёлковая такая, почти неприличная, а на груди, как раз там, где от прохлады выделились очертания сосков, бусинками были вышиты снежинки, и я бы даже посмеялась этой нелепости, если бы могла.

— Юморист, блин. Да что б тебе все женщины на свете отказали! — пожелала и тут же прикусила язык.

Если все женщины ему откажут, он же опять придёт ко мне.

— Леди, а Вы ничего не хотите рассказать? — с подозрением уточнила Лекса, но напоролась на мой суровый взгляд и замолчала.

Где-то прохихикал лис, правда, не появился, и я решила, что пока не разберусь, что он вообще такое, буду считать его глюком.

— Леди, вы проснулись? — к нам заглянул Эд, прикрывая глаза, словно его что-то могло смутить в наших ночнушках… разве что в моей. — Господин прислал вам наряды, чтобы вы переоделись, а потом спускались к завтраку. Могу я впустить служанок?

Мы переглянулись, и, судя по блеску глаз девушки, она мечтала увидеть это так же сильно, как и я, поэтому мы дали добро, и в комнату вплыли покрытые льдом скелеты в форме горничных, неся целый ворох одежды.

А потом началось…

Лекса кое-как отбилась, а вот меня взяли в оборот, то крутя, то прикладывая наряды к моему телу, словно я была куклой в их костлявых руках, и когда моё терпение приказало долго жить, а я уже собиралась прекратить этот кошмар в стиле Тима Бёртона, они перестали.

— Идеально, — резюмировали скелетессы, нацепив на меня платье, а потом развернули к огромному зеркалу.

Только теперь я смогла видеть свой новый облик.

Длинные волосы цвета тёмного шоколада струились по плечам крупными локонами, чуть сбившимися за ночь, и служанки уже споро укладывали их в причёску. Зелёные глаза смотрели на всё это растерянно, особенно на размер груди и бёдер, потому что сама я была довольно худосочной, а теперь можно было назвать меня аппетитной. И наряд, подобранный для меня, особенно это подчёркивал.

— Хм, теперь понятно, что его так привлекло, — пробормотала еле слышно.

— Вот и пользуйтесь тем, что природа дала, дорогуша, — посоветовала одна из умертвий голосом заботливой бабушки, а потом нас оставили, напомнив, чтобы не задерживались.