— Я не знаю, что Вам отдать, — с осторожностью протянула я.

Он засмеялся.

Тихо, хрипло, но в этом смехе не было и капли веселья – только какое-то мрачное торжество.

— Ты зря пришла. Лучше вернись к мужу, пока он тебя не хватился – может, получится вымолить у него отсрочку.

Он стремительно развернулся, собираясь уходить, когда где-то вдалеке послышался лошадиный топот, но я успела схватить мужчину за край плаща.

— Стойте! — Пальцы обдало теплом, хотя от него повеяло стужей. — Всё, что хотите отдам, только помогите сбежать от дракона…

Боже, я так премию не выпрашивала у начальника, а незнакомцу готова всё отдать, хотя по факту даже не уверена, на что подписываюсь. Но это ведь всяко лучше, чем умереть во время изъятия из тела магии? Да?

— По первому требованию? — уточнил тем временем Мороз, и я закивала.

— По первому. Можете даже не требовать – просто отдам…

И кто меня за язык тянул?

Мысли метались в голове, словно птицы, а рука мужчины тем временем уже легла на талию, и его дыхание застыло на моих щеках. Моё сердце куда-то заторопилось, но я понимала, что время тоже стремительно убегало, а значит, уже не было возможности сдать назад и забрать свои слова.

Даже если очень хотелось.

— Ты только что поклялась, так что не вздумай отказаться от своих слов или сбежать, — предупредил он. — От меня не спрячешься.

— Я не привыкла нарушать обещания.

— Кто бы говорил…

Не знаю, что значили эти ядовитые слова, но задать вопрос я не успела – совсем рядом раздался топот лошадей, звон доспехов и голоса.

— Стой смирно и не издавай ни звука – они нас не увидят, — почуяв мой испуг, сказал Мороз, окончательно вжав в себя и в дерево.

Тут к нам на огонёк пожаловали люди моего драконьего мужа с ним во главе. Одетые в чёрные блестящие доспехи, несколько воинов соскочили с коней, принявшись осматривать всё, будто здесь совершили кровавое убийство. Но трупа не было.

— Уверены, что она была здесь? — нервно спросил муженёк, оглядываясь, и едва его коршуновский взгляд упал на то место, где стояли мы, я напряглась.

— Следы обрываются тут.

Дракон едва ли слышал ответ какого-то паренька. Он всё рыскал глазами, всматриваясь в полутьму леса, а потом обратился ко мне, словно точно знал, что я была здесь.

— Рисса, если вернёшься сейчас, я прощу тебя и подумаю о смягчении наказания. Клянусь, что не буду прилюдно выводить и бить плетью.

Да, только за закрытыми дверями, когда никто не видит.

— Заманчиво, да? — продолжали шептать мне на ухо, распаляя внутри всё больше.

Его рука, уже почти ставшая родной, вдруг легла в вырез моего платья на бедре, а я лишь успела подумать о том, почему для такой суровой погоды меня одели в совершенно неподходящий наряд. Может, Лекса специально это сделала? Знала, наверное, что понравится этому типу…