Когда от него осталась лишь светлая полоска, как от шрама, я прошлась по ней языком, заставляя Мора тяжело выдохнуть, а после поняла, что остановиться уже не смогу, пока не исследую его всего. Кто знает, может, он не о всех своих порезах рассказал.

— Что ты… Маленькая?

Не думала, что вообще захочу это сделать для кого-то снова. Наверное, потому что не выпрашивал. Не пытался сравнивать с кем-то и упрекать. Макс, будь ты там вечно счастлив с моей мамашей – надеюсь, у вас всё будет хорошо, вот честно, и ты никогда не узнаешь, что я из-за тебя пошла на специальные курсы. Не для тебя цвела, не под тобой завяну!

— Вы ещё не полностью поправились, дорогой пациент.

И он не успел возразить, потому что я накрыла ртом его уже достаточно напряжённую плоть, а потом всё было как в тумане. Его низкие, рокочущие стоны подгоняли меня действовать увереннее, и я осмелела достаточно, чтобы продемонстрировать все свои умения. Вот прям вся выложилась.

— Рисса! — Мне почудилось, что он ненадолго воспарил над кроватью, когда я коснулась языком одного интересного местечка между его членом и мошонкой, чуть надавив, и едва Мор решил, что я позволю ему отделаться так легко, я резко сжала его у основания.

— А теперь можно и в пытки поиграть.

Его бёдра и живот стали похожи на пластины стали, по которым прошлась рябь золотистой чешуи, и это было так красиво, что на миг я сжала пальцы чуть сильнее, залюбовавшись.

— Что ты задумала… Чего добиваешься? — тяжело дыша, простонал он, всё так же стискивая простынь.

Продлив его мучения ещё немного, я чуть убавила хватку, скользнув всей ладонью вверх-вниз.

— Ты расскажешь мне всю правду о проклятье?

— Я уже всё… тебе рассказал, ж-женщина! Дай мне освободиться!

О, неужели? А вот мне кажется, ты знаешь гораздо больше, чем даже сам лис, но это ничего. Я всё равно всё выясню.

— Хорошо. — И я снов резко сжала пальцы ниже, вырвав у Мора гортанный рык. — Тогда поклянись, что мы оставим Бекку, а о других детях позаботимся.

— Сделаю всё, что скажешь! Всё сделаю, только прекрати это, жестокая… Пожалуйста, слышишь? Я никого ни о чём так не просил!

Пришлось сжалиться, но прежде чем позволить ему ощутить облегчение, я предупредила:

— И только попробуй обмануть.

А потом отпустила пальцы и даже не успела сделать больше ни одного движения, когда Мор содрогнулся. Кожу обожгло горячими каплями, а с потолка на нас повалил снег, но я только на секунду отвлеклась, а после уже лежала на спине, пока надо мной нависал жаждущий мести дракон в танце холодных хлопьев.

— Сейчас я покажу, как надо по-настоящему вести допрос, — удерживая свой вес на руках, пригрозил он, а мне что? Я улыбнулась и притянула его ближе.