Я направился дальше, шагнув под сень сгрудившихся дубов. И в этот же момент споткнулся, и едва не упал. Мне показалось, что я преодолел невидимую преграду, за которой звуки сразу стали ярче, отчетливее. В нос ударил аромат грибов и прелой листвы. Сквозь ветви сочился скудный свет, которого все же хватало для того, чтобы видеть тропу. Хотя, стоило признать, что тут не на что было больше смотреть. Деревья росли густо, и темные кусты лишь каким-то чудом не перекрывали тропу. А та продолжала виться, уводя меня куда-то в глубину леса. Надо мной вспорхнула птица и, громко хлопая крыльями, исчезла где-то в вышине. За ней сорвалась другая — куда крупнее, но понеслась бесшумно.

Я прибавил шаг, чтобы не пускать в сердце тревогу. И внезапно на тропу выскочил заяц, который уставился на меня темными бусинами глаз. Его широкие уши встревоженно подрагивали, ловя звуки, которые мне были недоступны. Но похоже ничего страшного пушистый не услышал и продолжал сидеть на месте, даже когда я подошел вплотную.

Повинуясь безотчетному желанию убрать глупое животное со звериной тропы, я подхватил зайца и погладил его по шелковистой шерстке. Совершенно непуганый зверек позволил почесать себя за ухом. А когда я поднял глаза, то оказалось, что я стою теперь на краю поляны, хотя я мог поклясться, что мгновение назад был окружен деревьями. В центре прогалины высился добротный домик, сложенный из бревен. Небольшие оконца были обрамлены кружевными наличниками, покрытыми белой краской. На крыше виднелся конек, украшенный резной головой лошади. Из трубы вился дымок…

Дверь избы внезапно открылась, и на порог вышла невысокая ладная девица в просторной белой тунике, подхваченной на талии расшитым красными нитями кушаком.

— А где тебя лебеди носили? — возмущенно воскликнула она и направилась в мою сторону. — Я его жду, все глаза проглядела, а он где-то по лесу шатается!

Я переступил с ноги на ногу и протянул подошедшей девушке зайца.

— Это мне? — уточнила она, склонив голову к плечу. — Ты мне подарок принес?

— Ты разве не с ним говорила? — спросил я, ощутив себя донельзя глупо.

— Добрый молодец, ты головой не ударился? — хозяйка дома нахмурилась. — Или впрямь считаешь, что я стала бы с кролом говорить?

— Эм-м… — растерялся я.

Но девица вдруг рассмеялась, глядя на меня, и хлопнула себя по бедру ладонью. Забрала зайца, что-то прошептала над ним и мягко поцеловала пушистый лоб, чтобы потом опустить в траву. Тот не побежал прочь и остался сидеть на месте.

Девица сложила руки на груди. Она была красивой, хотя прямой нос и глубоко посаженные глаза не придавали ее образу особой милоты. Скорее она обладала привлекательностью северной девы, привыкшей смотреть прямо и не прятать глаз. Зеленых, к слову… А вот волосы, которые поначалу показались мне черными, расчерчивали серебряные пряди. Босые стопы девушки покрывали следы сока смятой травы. Под длинные ногти на пальцах рук тоже забилось что-то темное.