— То есть, на мою родню ты зла не держишь? — с деланной беспечностью уточнил мужчина.

— Они мои друзья, — нахмурился я. — И я пришел не для того, чтобы предъявлять претензии.

— Прости, брат… — лицо Пожарского расслабилось. — Просто ты приехал внезапно, и я подумал, что у тебя счет к моей родне. Ничего личного, ты в своем праве. Я бы не удивился, если бы ты спросил, почему тебя оставили там, когда сами вернулись в Снежинск.

— Мне нужна помощь, — решил я не юлить.

— Говори.

— Пойму, если погонишь, — сразу предупредил я. — В Лукоморье меня и остальных, включая твоих племянников, собирались убить. Я не могу ничего доказать, поэтому прошу поверить на слово.

— И моих племяшек? — хрипло переспросил мужчина. Он вынул из кармана пачку сигарет, вытряхнул одну и сунул в рот.

— Всех… — кивнул я. — Вся операция была продумана до мелочей, и нас попросту привели в ловушку.

— На такое способен лишь Синод… — вслух размышлял Епископ, уставившись на меня колким взглядом.

Ответ был лишним, и я лишь откинулся на спинку стула.

— Целью был ты? — предположил мужчина низким рокочущим голосом.

— В том месте требовалась не одна жертва. Но мне повезло решить все малой кровью, не впутывая остальных.

— Своей кровью? — мне показалось, что воздух между нами стал плотнее.

— Не буду играть в Спасителя, который пожертвовал собой ради других. Но да, я принял решение уйти один. Потому что только у меня был шанс вернуться с той стороны. Шанс хоть и небольшой, но он был. Потому я решил рискнуть…

Епископ хлопнул кулаком по столу и выругался. Потом погладил дерево, словно извиняясь перед ним за излишнюю нервозность.

— Чего ждать от темного? — заметил я с горькой иронией.

— То есть, твоя смерть не была случайной… — произнес байкер словно для самого себя. — А чьи останки нашлись вместо твоих?

— Того, кто должен был решить все точным ударом в наши спины. Он шел с нами под чужой личиной и пил переворотное зелье, чтобы не быть узнанным.

— Это был не случайный человек?

— Вовсе нет, — я покачал головой, все еще сомневаясь стоит ли говорить имя мертвого ведьмака.

Епископ не торопил меня. Он раскурил очередную сигарету и выпустил вверх дым. Тот закрутился, ложась кольцами на потолок.

— Нас должен был убить один из нас — ведьмак. Дождаться, когда Лукоморье измотает каждого из нас, а потом…

— Кто? — мужчина задал вопрос, и пространство загудело от напряжения.

— Его дедушка не так давно оказался в застенках…

— Воронцов, гнида… — процедил мужчина и пружинисто вскочил на ноги.

Он внезапно показался просто огромным. Я словно очутился в комнате с медведем, вставшим на задние лапы. Но вместо страха ощутил странную смесь почтения и любопытства. Здоровяк прошелся вдоль закрытых снаружи окон. Постепенно его тень сделалась меньше, да и сам он будто вновь обрел прежние размеры. Обернулся ко мне и уточнил: