Глава 25 Неизлечимо больной
Демон неспешно прогуливался вдоль стены. Хоть он и был невидим глазу, но я ощущал его буквально всей кожей. Арсений же ничего не замечал.
— К тому же, не тебе рассказывать про гуманизм! — недовольно вещал он. — Причина-то совсем в другом… Ты просто решил подвинуть нашу семью и самому стать первым среди ведьмаков. Впрочем, за это я не стану тебя осуждать — на твоем месте, я бы сделал точно так же. Так что мы с тобой даже в чем-то похожи.
— Нет… — я мотнул головой, и тут же пожалел об этом. Пространство передо мной качнулось.
— Знаешь, только у таких выскочек как ты встречается невероятная, неистребимая жажда заполучить свое место под солнцем! Мы же — те, кому повезло родиться с серебряной ложкой во рту — уверены, что все само упадет нам в руки. Мои отпрыски привыкли получать все по одному своему слову. Они слишком расслабились и забыли мои уроки… Но ничего, я расскажу им, что надо делать!
— Расскажешь? — ухмыльнулся я. — К буйным пускают посетителей?
— Ты правда веришь, что я останусь в застенках? — старик хрипло засмеялся, словно огромная ворона принялась каркать. — Мне пришлось сделать вид, что я покорился, чтобы усыпить бдительность наивных врагов. Чтобы и ты поверил, что оказался в безопасности. Но у меня длинные руки, мальчик, я способен даже отсюда достать всех и каждого!
— И что ты можешь? — зло прищурился я.
— Как там эта тварь с камерой, что прилипла к твоей семейке? — окрысился старик. — Она осталась жива лишь по нелепой случайности. Но мы это исправим. И щенка ее убьем, чтобы не вырос под боком юный мститель. Эти бастарды, как плесень — растут на любой поверхности, куда не падают лучи солнце.
— Чей он сын?
— Какая разница? — фыркнул старик и подергал руку, которая была надежно зафиксирована.
— Я же могу спросить у его матери, — вкрадчиво произнес я.
— И она ответит какую-нибудь чушь. Скажет, что ее опоили и… — Воронцов, замолчал на мгновение, а потом выплюнул с презрением: — Даже, если бы все было так, как она скажет, то почему она не обратилась с жалобой в Синод? Почему не избавилась от выродка? Она надеялась, что мой старший сын его признает… что сама она станет частью семьи Воронцовых со своим выродком… Но этого не будет! В моей семье и без бастардов хватает крови. Мы же не Морозовы, собирающие всякую грязь.
— Куда нам до вас? — я задыхался от возмущения.
— В любом случае, та девка никому не успеет ничего рассказать. И передать диски тоже. Стоит ей выйти из здания, где она сидит под охраной — и счет пойдет на минуты…
Я вдруг понял, что Воронцов на лекарствах, и потому не может остановиться в своих откровениях.