А и верно, что тянуть!
Чай мы все не на приеме,
Витьки нет? А он уже…
И Серёга типа в коме.
Лозунг «Вспомним!» не зашел,
Очень многое забыли.
Но чего-то наскребли,
Отряхнув от ветхой пыли.
Кто кого в углу зажал,
Кто стучал на девок классной,
Как напился наш физрук —
Это помнили все ясно.
Разговоры про «сейчас»
Тоже быстро надоели.
Хвастаться неудобняк,
Все свои же в самом деле!
Ну а хрен ли собрались?
Набухались бы и дома.
В смысле, там, где кто живет,
Нафиг ехать было в школу?
Повидать учителей
Сможем только после смерти,
Если нам их разрешат
Навестить за кромкой черти.
Педагоги, как и мы,
Поголовно тоже люди.
Значит и для них котел
Приготовлен был и будет.
Так зачем же собрались
В год седого юбилея?
Я не знаю. Пацаны
Тоже явно пожалели…
Этот город
Этот город уже не спасти,
Он уходит под грузом лет.
И спасать его смысла нет,
Этот город тебе не спасти.
Он родился назло врагам
Не зачем-то, а вопреки.
Он добыча своей реки,
И стоит ни себе, ни нам.
Он не может забыть, что он
Был столицей большой страны.
В нем ни власти нет, ни казны,
Тяжко дышит как старый слон.
В этом городе не спастись
От волшебных его домов,
От дыханья воды и снов,
Что ему заменяют жизнь.
В этом городе не спаслись
Достоевский и Саша Блок.
Никого город не сберег,
Всех убила с залива слизь.
Я опять прилечу сюда
Как зависимый от тебя.
Ненавидя и не любя.
В моих жилах твоя вода.
Литературный вальсок
Лев Николаич Толстой,
Классиком признанным стал.
Был литератор крутой:
Сел, почесал, написал.
Жил до седой бороды,
Жил не тужил лет до ста.
Всей его жизни труды
Было бы долго читать.
Пушкин ушел в тридцать семь,
Ярко ушел, с огоньком!
Книжки его любят все,
Впитывая с молоком.
Лермонтов тоже поэт,
Тоже отличный пример,
Жертва в цвету юных лет
Чьих-то решительных мер.
Всем, кто поныне живёт,
Литературным трудом,
Надобно знать наперёд
Нафиг ему сей дурдом.
Надобно сразу решить,
Что его сердцу милей,
Просто искусство творить
Или за много рублей.
Дороги
Даже если не замечаем,
Мы всегда выбираем дороги.
Жизнь устроена так, что многим
Приходилось ходить по краю.
Отправляемся с перепугу,
Первый делая шаг с запинкой,
Между этой в траве тропинкой
И маршрутом сквозь мрак и вьюгу.
Мы всегда свой путь выбираем,
Даже если нет вариантов.
Между холодом брызг на вантах
И позицией на диване.
Под подошвами скорпионы:
Раздавить? Обойти спокойно?
Скорпионом быть тоже больно,
У них тоже бывают войны.
Переулком объехать пробку?
А навстречу крутая тачка.
И в мобилу глядевший мачо
Отправляет тебя за скобку.
Мы свои выбираем дороги,
Что приводят нас непременно
Через боль, через стыд, измену
К тем единственным, к тем немногим.
Писательский блюз